Дариус, сын Террора, сидел перед свечей из пчелиного воска, ощущая в воздухе тяжелый запах мужской пота и остывающих лошадей. Его дневник был открыт на коленках, свет от маленького пламени, колеблющегося на сквозняке, освещал пустую комнату в глубине заброшенной пещеры. Древняя одежда из грубой кожи, выстланных звериных шкуры, была единственным укрытием для борца в тёмном мире военных действий....
Я только что разговаривал с Мэри… не упоминания никаких имен. Она получила степень по консультации и сказала, что готова поговорить с этим кем-то. Если у тебя будет возможность и подходящее время с Хекс… расскажи ей об этом. Попроси ее поговорить с Мэри. — Когда Зи почесал свою черепушку, под черной обтягивающей футболкой обозначились колечки в сосках, что он носил. — И если тебе требуется рекомендация, я могу поклясться жизнью своей дочери, что твоя женщина будет в хороших руках.
«Спасибо», показал Джон. «Да, я определенно, кое-что ей передам.
— Нет проблем.
Внезапно Джон встретился с взглядом Зейдиста.
Пока они смотрели друг другу в глаза, было трудно не почувствовать себя частью уникального клуба, с которым никто никогда добровольно не связался бы. Членство в котором не искали, оно не казалось соблазнительным и не сопровождалось торжественным криком типа «ура», но этот клуб был настоящим и могущественным. Члены Клуба Выживших могли видеть ужасы пережитых опасностей и потерь в глазах других.
Или, как в этом случае — трое.
Голос Зейдиста был хриплым.
— Я убил суку, сделавшую это со мной, прихватив ее голову с собой, когда уходил. Хочешь получить это удовлетворение?
Джон медленно покивал головой.
«Я хочу это сделать».
— Не буду врать. Мне тоже это помогло.
Наступила напряженная, неловкая тишина, словно никто из них не знал, как нажать на кнопку перезагрузки и вернуться к нормальной жизни.
"Джон ударил по нему костяшками сжатых пальцев своего кулака, думая:
«Дерьмо, никогда не догадаешься, что у кого припрятано в шкафу».
Глаза Зи вспыхнули желтым, когда он развернулся и направился к двери, ведущей в особняк, к его Братьям и к его семье. Из его заднего кармана, словно он сунул это туда и забыл, выглядывал розовый детский нагрудничек на липучках с вышитым черным черепом и скрещенными под ним костями.
«Жизнь продолжается, — подумал Джон. — Независимо от того, что мир сделал с тобой, ты поднялся и пошел дальше».
И, возможно, если Хекс поговорила бы с Мэри, то она…
Боже, он даже не мог закончить мысль, потому что боялся поверить, что она собиралась уйти.
Торопливо шагая к учебному центру, он направился к клинике, где нашел свою куртку, оружие и то, что требовалось Хекс.
