Автор
Лондон весной 1818 года: мрачные улицы, таинственные лавки и стремительный рост социальных нерваций. Мэг Тиммонс и Леди Беркли вынуждены экономить на развлечениях, но влечение к моде оказалось сильнее их приличий. Насладившись последними штрихами эпохи, они незаметно увязают в глубоких коридорах подделок и ложной роскоши....
Тесть хотел что-то сказать, но Харт не позволил:
– Вас больше не примут ни в одном из игорных заведений для джентльменов Лондона, а если вам вздумается отправиться в какой-нибудь низкопробный притон сделать ставку, обещаю, что тут же узнаю. У меня друзья повсюду. Я ясно выразился?
Барон быстро кивнул, совершенно ошарашенный:
– Прекрасно. А третье?
Харт сел поудобнее и заявил, брезгливо взглянув на тестя:
– Если я когда-нибудь услышу, что кто-то из вас говорит с Мэг или о ней в неподобающей манере, вас упакуют вместе с вещами и отправят в Индию.
Барону хватило ума изобразить покаяние, и, сцепив пальцы, он уставился в пол.
– Все понятно.
– Вот и отлично! Очень рад, что удалось поговорить с глазу на глаз. Мне известно, почему вы с моим отцом ненавидите друг друга, но Мэг ничего об этом не знает и я хочу, чтобы так оставалось впредь.
Тифтон откашлялся и поднял глаза на Харта.
– Почему вы это делаете?
Харт обдумал вопрос. Он, может, и не прочь был наказать Мэг за вероломство, но ему совершенно не хотелось, чтобы ее отца убили или отправили в долговую тюрьму: нравится – не нравится, они теперь одна семья.
Были еще кое-какие соображения.
– По какой-то непонятной мне причине Мэг любит вас обоих и ей будет грустно, если вы уедете из страны. Итак, мы обо всем договорились?
– Да, милорд.
– Да, и вот еще что… Если вы позволите себе нарушить условия нашего договора, я сам отправлю вас в Ньюгейтскую тюрьму.
Несколько минут спустя, когда Харт забрал свою шляпу из рук дворецкого, в холл проскользнула мать Мэг.
– Леди Тифтон, – поклонился Харт.
– Милорд, – поприветствовала та в ответ. Глаза ее были прищурены, но лицо сохраняло выражение, которое можно было бы назвать улыбкой. – Я слышала ваш разговор с мужем.
– Какую именно часть? – уточнил Харт, хотя с огромным удовольствием убрался бы из этого отвратительного дома. – Ту, в которой говорилось об оплате долгов, или ту, где я пообещал отправить вашего мужа в тюрьму?
– Обе, – заверила его леди Тифтон, скрестив руки на груди.
– Подслушивали под дверью, да?
– Муж редко мне что рассказывает, вот и приходится…
– Это почему же?
Она оставила его вопрос без ответа и продолжила:
– Я также слышала ваши угрозы по поводу Маргарет.
– И что же?
– Вы даже не представляете, как с ней трудно! – театрально воскликнула дама.
– Ну, это неправда! Я знаю ее уже много лет.
