Автор
Лондон весной 1818 года: мрачные улицы, таинственные лавки и стремительный рост социальных нерваций. Мэг Тиммонс и Леди Беркли вынуждены экономить на развлечениях, но влечение к моде оказалось сильнее их приличий. Насладившись последними штрихами эпохи, они незаметно увязают в глубоких коридорах подделок и ложной роскоши....
Сара наверняка надавала бы ему по щекам, если бы узнала об этом. На то, чтобы добиться от Мэг ответа, у него не оставалось времени: следовало срочно отвести ее в зал, иначе могут начаться пересуды. Он поступил опрометчиво, когда завлек ее сюда, но, слава богу, можно быть уверенным, что она не станет болтать о том, что здесь произошло.
Отпустив ее руки, он щелкнул пальцами и заявил:
– А знаете, я приду на следующие три бала и буду танцевать с вами.
Зеленые с золотистыми искорками глаза широко распахнулись, рот с пухлой нижней губкой приоткрылся.
– Сара сказала, что вы ищете мужа.
Ее румянец стал пунцовым, и он с трудом справился с собой, чтобы не коснуться подушечкой большого пальца ее шелковистой кожи, чуть прикусить эту розовую губку…
– Я вам помогу: буду танцевать с вами сам и попрошу об этом своих друзей: они еще те мерзавцы, но зато с огромными связями в высшем обществе.
– Полагаете, в этом есть необходимость?
Мэг резко развернулась, и в следующее мгновение ее туфли зашуршали по гравию.
Харт нахмурился.
– Я просто подумал, что вам это поможет.
Мэг замерла, и глаза у нее стали размером с колеса его нового фаэтона.
– Вы шутите? Я столько лет была королевой среди подпиравших стены, что любое проявление внимания с чьей бы то ни было стороны мне льстит.
– Значит, договорились, – улыбнулся Харт. – Теперь вам пора возвращаться. Войдите в зал через те двери, что справа, а я подожду немного и войду в те, что слева.
Мэг постояла, словно в нерешительности, потом развернулась и пошла прочь.
– Увидимся завтра на балу у Кинлисов.
Глава 9"
"На следующий день, ближе к вечеру, Люси Хант сидела на кушетке гостиной дома родителей Мэг. Помещение не просто приводило в замешательство, а вызывало шок. Обои на стенах висели клочьями, ковер был протерт до дыр, на потолке темнели отвратительные коричневые потеки, все мало-мальски ценные вещи, которые когда-то украшали комнату, были давно проданы, чтобы оплатить карточные долги отца семейства, и о наличии их здесь свидетельствовали лишь более темные пятна на видавшей виды мебели.
Изо всех сил стараясь унять дрожь в руках, Мэг из фарфорового чайника со сколами наливала герцогине чай, приготовленный на уже дважды использованной заварке. Люси приехала точно ко времени, отведенному для визитов, удивив Мэг и вогнав в ступор слуг, непривычных к появлению столь изысканно одетых гостей.
