Автор
Лондон весной 1818 года: мрачные улицы, таинственные лавки и стремительный рост социальных нерваций. Мэг Тиммонс и Леди Беркли вынуждены экономить на развлечениях, но влечение к моде оказалось сильнее их приличий. Насладившись последними штрихами эпохи, они незаметно увязают в глубоких коридорах подделок и ложной роскоши....
– Да что здесь произошло? – Сара была в шоке. – Вы что, оставались в темноте? Наедине? Мэг, да выйдешь ты наконец?
– Нет! – отрезала подруга.
– Что? Почему? – В голосе Сары зазвучала тревога.
Харт откашлялся.
– Пусть мисс Тиммонс сама тебе все объяснит. Мне сейчас лучше удалиться, но, уверяю, здесь не случилось ничего предосудительного. Я же пойду в столовую и скажу, что заблудился и не нашел кладовку, а потом появилась ты и мы вместе отыскали Мэг. Оттого, что у нее началась мигрень, ей пришлось уехать домой, за что она приносит свои извинения.
"– Да что стряслось-то? – в недоумении воскликнула Сара, но Харт уже направился в сторону столовой.
По пути он обдумал все услышанное в кладовой, и у него комок подступил к горлу: Мэг сказала, как ей одиноко. «Одиноко»! Слово пронзило его как кинжал. Он никогда не задумывался над этим. Ему было прекрасно известно, что Мэг одна из тех особ, которых общество игнорирует полностью. Все это знали. Он был готов отдать правую руку, чтобы появляться на светских вечерах, но при этом чтобы девицы, озабоченные желанием стать леди Хайгейт, не осаждали его.
Мэг действительно хотела выйти замуж, но только по любви! Это одновременно и удивило, и порадовало.
Нацепив на лицо улыбку, Харт открыл дверь в столовую и объявил:
– Никогда не нашел бы эту проклятую кладовку, если бы не Сара. Вместе мы и нашли мисс Тиммонс. С ней все в порядке, но у нее разыгралась мигрень и сейчас сестра отправляет ее домой.
Люси Хант, казалось, едва сдерживалась, глядя на него.
– Зайди сюда, Сара. – Мэг поманила подругу рукой из своего убежища в темной кладовке. – Только, ради бога, смотри, не захлопни дверь.
Забрав свечу со столика в коридоре, Сара вошла в кладовую. Пять минут потребовалось Мэг, чтобы все ей объяснить, исключив обещание Харта позаботиться о ее репутации. Она не могла даже думать об этом. Когда Мэг закончила свою несколько подправленную историю, сердце у нее так колотилось, что того и гляди выскочит из груди.
