В этой исторической романтике Катя не может устоять перед сильным и нежным Колей, даже когда он находится в критическом состоянии после серьезной операции. Страх за жизнь любимого мужа тесно взаимодействует с чувствами нежности к нему, создавая острый драматический подтекст в повседневной жизни пары....
Почти как ритуал я изо дня в день, из года в год повторяла это действие. Оно помогало мне зарядиться на целые сутки жизненной энергией.
Девять лет прошло после смерти мужа, а боль продолжала меня точить, как страшная раковая опухоль.
Мой мир так и не оправился от потери. Весь посерел, потерял все свои краски. Наша двухкомнатная квартира, которую мы взяли в ипотеку, забыла, как звучит мой смех. И я забыла. Улыбалась знакомым и родственникам механически, чтобы они не волновались. Им и так пришлось знатно повозиться со мной после…
— Пора на работу, — подмигнула прежней себе, громко смеющейся в далёком две тысячи пятнадцатом, и растянула губы в дежурной улыбке.
Я взяла за правило не окунаться больше в тот омут чувств, из которого с таким трудом выбралась, но не могла не смотреть на наши с Колей фотографии. Именно они не позволяли мне забыть о моём обещании.
«Я обещала… Я буду верить в сказки!» — крепко обняв фоторамку, встала и решительно поставила её на место.
— Завтрак сам себя не приготовит! — хлопнула в ладоши с позитивом, как будто другой человек.
Слёзы высохли. Ночь прошла. Надо жить и верить.
Включив «Авторадио», я поставила сковороду на плиту, включила чайник.
Как только зашкворчал бекон, разбила два яйца и заварила пакетик любимого «Эдварда» с клубникой.
Мама, как по часам, позвонила ровно в шесть тридцать, когда я уже села за стол.
— Доброе утро, солнышко, — привычно поприветствовала меня родительница, каждый божий день проверяя, как я. — Как ты? — словно подслушав мои мысли, спросила мама.
— Хорошо, мамочка. Собираюсь на работу.
— Ох… я же просила. Не говори мне о своей работе. Сердце замирает, как подумаю, что ты опять понесёшься спасать людей.
— Мам, ну, сколько тебе повторять? Я не спасаю людей. Это делают спасатели. Я же просто запечатлеваю их подвиг на фотоаппарат."
"Да. Шесть лет назад я приняла волевое решение и стала штатным фотографом в «Главном управлении МЧС России». Ни секундочки я не пожалела об этом решении! Воспевать труд спасателей доставляло мне истинное удовольствие.
