Автор
В Лондоне в 1812 году, девственная Джулианна Хоторн смотрит на дом невероятной роскоши из кареты. Её первое впечатление о внушительном трехэтажном особняке остается неизменным: каменный фасад, зеленые поручни и ярко-жемчужное крыльцо превращают простой экипаж в произведение атмосферной роковой любви....
Подняв руку, он положил ладонь ей на живот, медленно обводя его очертания.
— Я и не знал, что он так вырос. Под одеждой совершенно не заметно.
— Это пока. Но боюсь, что в следующем месяце мне уже не удастся ничего скрыть.
— Это хорошо. Я не хочу, чтобы ты прятала нашего сына. Ну вот, опять это чувство собственности, подумала Джулианна.
Она уже хотела встать с его колен, как вдруг ребенок шевельнулся.
— Что это? — удивился Рейф.
— Ты почувствовал?
Он широко раздвинул пальцы.
— Это ребенок?
Джулианна кивнула:
— Да.
Рейф ждал, медленно поглаживая ее живот и надеясь, что их ребенок снова шевельнется. Но прошла минута, ничего не произошло, и он убрал руку.
Оказалось, не насовсем.
Джулианна негромко ахнула — он взялся за подол рубашки и задрал его вверх. Джулианна дернулась и попыталась помешать ему.
— Рейф!
— Тише. Там нет ничего такого, чего я не видел бы раньше.
Подогнув рубашку ей под грудь, он обнажил живот Джулианны и прижал свою большую теплую ладонь к голой коже, неторопливо поглаживая округлость.
И тут это случилось снова — тот внутренний толчок, всегда сопровождавший движения ее ребенка.
Их ребенка.
Рейф поднял на нее взгляд и улыбнулся. Глаза его загорелись восторгом. Крепко задерживая Джулианну, он наклонился и поцеловал ее в живот.
— От тебя так вкусно пахнет, — сказал он.
Слегка передвинув ее в кольце своих сильных рук, он выпрямился и, прежде чем Джулианна успела произнести хоть слово, поцеловал ее.
Едва его губы прикоснулись к ее, у Джулианны в голове все помутилось и не осталось ни одной вразумительной мысли. Все они улетучились под властью этого поцелуя. Пальцы на ногах подогнулись, а животу стало тепло и уютно под легкими, нежными поглаживаниями."
"Что-то негромко простонав, Джулианна приоткрыла рот, и его язык скользнул внутрь — горячий, скользкий, просто восхитительный.
И она сдалась. Запустив пальцы в его мягкие волосы, Джулианна откликнулась на его поцелуй со всей силой своего вожделения. Рейф заполнил все ее чувства, поглотил ее так, что в мире остались только он и она.
Сознание что-то шептало ей, но Джулианна отмахнулась от его предостережений.
