Автор
Ника Солнцева ступила на старое деревянное крыльцо Елкино. Полдень, город словно затянуло сладким мраком, а улицы казались зеркалом печали местных жителей. Лев Мефодьевич был просто замечательным человеком — до самой смерти, проводившей его на пике в постели.
— Но я и правда пока не планировала семью. Я хочу учиться, поступить в медакадемию, потом пройти интернатуру, быть самостоятельной.
Женская самостоятельность? Это что вообще такое?
— Давай будем встречаться. Я не против.
Встречаться, блядь. Ладно хоть на вписку не позвала.
Озадаченно на нее смотрю, убирая ладонь с тонкой шеи.
— Нет, если это надо для отца, я могу, — тут же часто кивает. — Но… пусть это будет фиктивный брак.
— Ты фильмов пересмотрела? Без этого справимся.
Глядя в потолок, пытаюсь собрать мелкие останки своего раздутого ЧСВ[1].
Ника же чувствует себя прекрасно. Заливисто смеется и опускает голову мне на грудь, исследуя пальцами мой пресс. Член гудит от нетерпения, когда его накрывает ласковая ладонь.
Чуть с обидой подаюсь в нее бедрами.
Помолвочный минет грозит обернуться в извинительный.
Так тоже норм.
— Мне кажется… нам надо… — шепчет Ника.
— Заняться сексом еще раз? Да… — откидываю одеяло и стискиваю острое плечо.
Снова заливисто смеется. Мелодично очень. Нравится.
— Боже, успокойся, пожалуйста.
Пф…
— Есть, но я не хотел тебе о нем напоминать!..
Она поднимает лицо и строго на меня смотрит.
— И кстати, если ты думаешь, что я не заметила отсутствия презерватива, то ты сильно ошибаешься.
Я умиротворенно вздыхаю и вспоминаю, что закинул в чемодан пару пачек перед отъездом. Просто наудачу.
— Я подумал, ты в меня влюбилась. И обо всем забыла. И замуж за меня пойдешь…
— Может, и влюбилась, но не настолько, — назидательно выговаривает, а я еле сдерживаю глуповатую ухмылку.
Сложно оставаться серьезным человеком, когда тебя отшивает, а потом строит голая девица с торчащими розовыми сосками.
— Иди-ка сюда, — зову ее и, когда она приближается, нападаю на приоткрытый рот. — Хочу тебя, зараза.
— Отстань!
— Пиздец как.
Ника осоловело на меня пялится. Так, будто ее мозг выполоскали в соляной кислоте. Будто его вообще нет.
Я тоже заглядываюсь и совершаю тактическую ошибку, ослабляя захват.
Спрыгнув на пол, Ника открывает чемодан.
— Я в душ, — предупреждает. — А потом ты! — уже приказывает. — Мы с улицы даже руки не помыли. И вообще, что это за квартира? Душ с унитазом надо бы тоже продезинфицировать перед использованием… Кто здесь был до нас…
— Все сделаем, — соглашаюсь.
Пока идет к двери, продолжает тараторить на тему гигиены, а я глаз не спускаю с округлых ягодиц.
Затем, откинувшись на подушки, забрасываю руки за голову и недовольно пялюсь в потолок.
М-да…
— Если ты есть, Бог, помоги.
