В морском тумане шлюпка плывет по голландскому берегу, залитая свечениями лунного света. Усталый матрос вынужден гребцом братья в медленном приливном потоке, его руки натираются тряпками из-за утренних кипящих волн. Впереди раскрывается широкое устье с заливы и островами, а надежды на то, что он не окажется в самом сердце опасной тайги....
— Замок колесцовый, — ответил он, не удивившись на этот раз. — Заводите ключом, а потом нажимаете на спуск — и огниво, — показал он на зубчатое колесико, — начинает вертеться, высекать искры из кремня и поджигает порох. Итальянцы придумали.
Наверное, это то самое единственное полезное изобретение Леонардо да Винчи. Только война оценивает гениев по достоинству.
— Осечки часто дает? — спросил я.
— Первые двадцать, а то и тридцать выстрелов не бывает вовсе, но потом надо разобрать и почистить. Засоряется пороховой гарью и осколками кремня, — рассказал оружейник.
— А кремниевый менее надежен? — поинтересовался я.
— Конечно. И осекается чаще, и ломается быстрее, и размера большего, — ответил мастер.
— И сколько такой пистолет стоит? — полюбопытствовал я.
— Три отдам за двадцать пять даальдеров, а один — за десять, — ответил он.
— Денег пока на них нет, но, когда будут, куплю, — пообещал я и пошел на другую сторону улицы.
Там на ставнях были развешены рапиры разной длины, палаши, фальшионы, кинжалы.
— Мне нужен эфес с чашей, чтобы закрывала руку, — сказал я и объяснил, какой она должна быть.
— Я закажу кузнецу, изготовит завтра, — пообещал мастер и предложил: — Рукоятку могу из золота или серебра сделать.
— Украшений не надо, — отклонил я. — Всё должно быть просто и надежно. Мне рапира нужна для защиты, а не для хвастовства.
Мужчина посмотрел на меня с одобрением. Простота и надежность — девиз голландцев. Расточительность — самый тяжкий грех.
— Если простую, то будет стоить четыре даальдера, половину вперед, — сказал мастер-оружейник.
Я отсчитал ему шестьдесят четыре стювера."
"После чего перешел к торговцам аркебузами и мушкетами.
