Весна в этом году была необычайно кроткой, словно олицетворение невинности. Вместо гроз и трещiny, на город ниспосыхала она сияние свежести и жизни через каждый уголок. Но эта весна казалась подозреваемой, как юная девушка в семье благородных, скрытые под покровом невинности тайны и коварство....
— Это просто так говорится.
— Сэр, вы позвонили в полицейский участок и сообщили, что знаете покойного, это так?
— Совершенно верно, сэр, — сказал Рэндом. — Кстати, как ваша фамилия, сэр?
— Карелла. А это детектив Эрнандес.
— Очень рад с вами познакомиться, джентльмены, — сказал Рэндом. — Нет ли у вас желания принять для бодрости по маленькой, или при исполнении служебных обязанностей это не дозволяется? — Он приостановился. — Это тоже, так сказать, говорится для красного словца.
— Нам не разрешено употреблять спиртное на службе, — сказал Карелла.
— Какая жалость, — протянул Рэндом. — Это просто позор и ущемление прав. Бармен, а мне, пожалуйста, еще порцию виски. Так, значит, вы по поводу фотографии в газете?
— Правильно, сэр, так что насчет этой фотографии? — сказал Карелла. — Кто этот человек?
— Этого я не знаю.
— Но я считал…
— Я хочу сказать, что я не знаю его имени. Впрочем, если быть более точным, то я не знаю его фамилии, а по имени я его как раз знаю.
— И как же его зовут? — спросил Эрнандес.
— Джонни.
— А как дальше, вы не знаете?
— Совершенно верно, сэр. Знаю, что Джонни, а как дальше — не знаю. Получается Джонни Неизвестный. — Рэндом улыбнулся. — Это я просто так говорю, понимаете? — сказал он. — О-о-о, а вот и виски. Виски — напиток мужественных. Уххх! — Он пожевал губами, поставил опорожненный стаканчик на стойку и сказал: — Так на чем же мы остановились?
— Мы остановились на Джонни.
— Да, сэр, именно на Джонни.
— Так что это за Джонни? Откуда вы его знаете?
— Я познакомился с ним в баре, сэр.
— В каком?
— Видимо, в баре “С легким паром”.
– “С легким паром”? А где это?
— На Восемнадцатой Северной?
— Так вы спрашиваете нас или рассказываете нам? — ответил Карелла вопросом на вопрос.
— Я просто не знаю, как именно называется эта улица, — сказал Рэндом, — но название бара, сэр, я точно помню, у него еще на вывеске два круга. Может, хоть это поможет вам?
— Очень может быть, — сказал Карелла. — И когда же состоялась эта встреча?
— Тут нужно подумать, — сказал Рэндом.
— Бармен, порцию виски, — распорядился Карелла.
— О, что вы? Зря вы… А впрочем, огромное спасибо, это очень мило с вашей стороны, — сказал Рэндом. — Я думаю, что встретил его впервые за несколько дней до начала месяца. Это было числа двадцать девятого или тридцатого марта. Что-то вроде этого, но точно помню, что было это в субботу.
