В дряхлом подъезде пятидесятых годов жарит запах старости. Светло-жёлтые перила и свежепролитые стекла придают этому домику особенную, загадочную атмосферу. Богдан шагает вперёд с нерешительностью, будто шёпот ушедших дней неслись за ним по коридору.
С двух сторон хаотично засаженные грядки, где-то не взошедшие, где-то увядшие, некоторые пестрели сорняками, напоминая пышные травяные клумбы. Словно хозяина то посещало вдохновение, и он сажал первое, что приходило в голову, то забрасывал детище, отдавая на волю случая и природы.
Высокое крыльцо вело на террасу, а оттуда в просторную прихожую.
– Санузел, – коротко пояснил Богдан, открыв одну из дверей в прихожей. – Есть ещё в доме, там приличней.
В общем-то, ничего «неприличного» Женя не обнаружила. Две раковины, душевая кабина, стиральная машина, деревянные стеллажи под потолок с какими-то вещами, тазами, вёдрами, лейками, шлангами.
Гостиная-кухня больше, чем в Жениной квартире, светлая, незахламлённая, чистая. Широкие окна с торцов указывали, что гостиная тянулась через весь дом. Две двери по краям – в комнату Богдана и комнату его брата. Всё очень просто и функционально.
Минимальный необходимый набор бытовой техники. Кухонный гарнитур, длинный деревянный стол – с одной стороны гостиной, и диван с низким, тоже деревянным столом – с другой.
Комната Богдана оказалась ещё проще обставлена. С одной стороны полутораспальная кровать, трёхстворчатый шкаф, с другой – диван. У окна растянулся узкий стол, заваленный бумагами, папками, канцелярскими принадлежностями и кружками, заставившими Женю улыбнуться. Богдан оставлял следы из кружек с недопитым кофе по всей квартире, как Гензель хлебные крошки.
Рядом с диваном расположился прямо-таки склад детских товаров: новенькие – только из магазина – кроватка, манеж, детская ванночка, стул для кормления, кресло-шезлонг с подвесными игрушками и даже электрокачели. Женя застыла, чувствуя себя Али-Бабой в пещере сокровищ. Она планировала в ближайшее время съездить в магазин, обзавестись кроваткой и навесным стульчиком для кормления. Всё на самолёте не притащишь.
– Подумал, лишним не будет, – прокомментировал Богдан, видя ошарашенный взгляд гостьи.
– А откуда ты… – Женька тут же прикусила язык, поняв, какую глупость сморозила, едва не надавала себе по губам, сжала кулаки, спрятав за спину, лишь бы не разреветься от разочарования в самой себе. Естественно, Богдан знал, что необходимо детям до года. У него был ребёнок. Дочь, погибшая в девятимесячном возрасте!
Вечно она ляпает невпопад!
– В детском мире подсказали, – отмахнулся Богдан, не желая продолжать тему.
