Ветеринарша Елизавета Совенко случайно наткнулась на забытую землянку во время грибных походов. Там она встретила странную мутанта, что заставило её сердце биться чаще. Унылая яма, скрывающая островок жизни, стала вдруг местом встреч с неузнаваемыми существами, и Совенко забыла о своих грибах....
– Мутанты при деньгах стали ходить!
Телохранитель вынул сто долларов – купюры меньше не было:
– Сдачи не надо.
– Вы что, мужики, больные? – В глазах бойкой мелькнуло недоверие.
– Мы вполне здоровые, – заметил Гуменник. – Мы просто обворованные.
– Что, правда, что ли? – Она просунула руку в один из тюков и достала блок «Мальборо». – Ладно, возьми так…
– За так не возьмем. – Лях сунул ей стольник. – На сдачу принеси нам одежду. Пару спортивных костюмов. Выручи, сестра.
– Вас в самом деле обокрали?
– Ну да! – весело сказал батько.
Бойкая что-то заподозрила и на мгновение скосила глаз в сторону выхода из тоннеля:
– Вы что тут делали?
– Говорю же – отдыхали, – открыто улыбнулся Гуменник. – Красавица, а я тебя знаю. Мы уже встречались.
– Где это мы встречались?
– В ночном клубе.
Ледок недоверия вроде бы растаял, сменившись испытующим, многозначительным прищуром.
– Тебе понравилось?
– Я был в восторге! А ты что, многостаночница?
Они уже понимали друг друга с полуслова, тогда как две другие женщины и даже Лях наблюдали за ними с недоуменным интересом.
– Конкуренция, – вздохнула бойкая. – Я в ночнике теперь не бываю.
Гуменник натренированно вскочил на ноги:
– Давай познакомимся, баядера. Руслан. А тебя?
– Любовь, – с достоинством, но без особого энтузиазма ответила она.
– Ах, Любовь! Ты принесешь нам одежду?
– Одежду? – раздумывала и что-то взвешивала она. – Ладно, принесу… Какой размер?
– Пятидесятый.
– Нет уж, мы сами! Здесь недалеко машина. Отдыхайте, мужчины…
Контрабандистки взвалили на себя тюки и, словно верблюдицы в пустыне, пошли по тропинке строго размеренным шагом, раскачиваясь при этом в разные стороны.
– А я ее не помню, – признался Лях.
– Плохо. – Гуменник проводил взглядом табачный караван и снова растянулся на траве, но уже в тени куста. – Тренируй зрительную память… Я посплю, а ты охраняй мое тело.
– В России все проще, – повторил Геббельс. – Люди, бабы, отношения. Доверчивые овцы… С хохлами труднее. Там тебя допросят с пристрастием, вывернут… Кстати, мы когда-то начинали на Украине, можно сказать, тоже в одних трусах. Помнишь?
– Это незабываемо…
– И прошли тернистый путь. И вот теперь начинаем сначала…
– Думай про себя, – сказал батько. – И поменьше лирики.
