Ветеринарша Елизавета Совенко случайно наткнулась на забытую землянку во время грибных походов. Там она встретила странную мутанта, что заставило её сердце биться чаще. Унылая яма, скрывающая островок жизни, стала вдруг местом встреч с неузнаваемыми существами, и Совенко забыла о своих грибах....
Она умышленно говорила с ним на мове, дабы у мужа была языковая практика, – заботилась о его карьерном росте.
– Вот что такое хорошая интуиция! – с удовольствием заметил Мыкола.
– Была бы у тебя другая… интуиция, – уже по-русски проворчала Тамара, с грохотом собирая судки. – Чтоб вечером у меня в хате сидел и ждал! Кино погляди, в аппарате оставила…
Они хоть и сошлись уже больше года назад, однако жили пока в разных государствах…
– Чую, сегодня будет настоящая порнуха, раз начальство пожаловало. Тут уж как получится…
– Нехай только не получится! – пригрозила она и хлопнула дверью.
Только сейчас он осознал, какую рискованную комбинацию задумал, и сначала в холодный пот бросило, потом жарко стало, ибо спустя минуту к таможне подкатил «форд» Дременко. Обычно Волков относился к нему холодно, как к конкуренту, но тут поправил фуражку и спустился с башни навстречу:
– Здоровеньки булы, Тарас Опанасович!
Когда тот был секретарем райкома, его звали Тарас Афанасьевич, поскольку с украинским звучанием отчества карьеры было не сделать, но вместе со сменой власти изменилась и мода.
Голова подобного не ожидал, однако без всяких объяснений чувствовалось, приехал по важному делу и чем-то сильно озабочен. И оттого снисходителен до добродушия, что сейчас было на руку.
– Здорово, Мыкола. Знаю, Оксана была у тебя ночью, обнимались тут.
Волков готовился к разговору, придумывал, как начать, но и в голову не приходило, что Дременко сам заговорит об Оксане, и потому слегка растерялся.
"– По вызову бежала во втором часу, – признался он. – У Котенко жена рожала…
– Говорят, ее мутант напугал. За руки хватал… Говорила тебе?
Слухи в Братково разносились с быстротой невероятной. Даже в ночное время, когда все спали.
– Говорила…
– Обратно через таможню проходила?
– Нет…
Дременко снял шляпу и вытер низкий, угрюмый лоб:
– Роды приняла и куда-то пропала. Трубка не отвечает. В хате нет, на работе нет… А где мутант напугал, сказала?
– Недалеко от КПП отирался.
– Сам-то видел?
– Синяки видел.
– А мутанта?
– Нет, он мужикам не показывается…
– Мабуть, у москалив ще Ксанка? – то ли спросил, то ли предположил озадаченный Дременко.
– А может, и в «окно» сквозанула…
– Через Куровых?
– Через кого же еще? – Волков уловил нужный момент. – Я вам так скажу, Тарас Опанасович: мается ваша дочка от одиночества. Засиделась в девках, а ей замуж давно пора. Оттого и бегает по ночам.
