Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
— Надень амулет, — рыкнул Аб, жена подчинилась и девочка снова стала такой, как была.
— Морок, — прошептала Тона, — на девочке морок.
— Чтобы ее не узнали? — шепотом спросил муж. Тона кивнула.
— Кто-то хотел спрятать ее, Тона?
— Нет, Аб, — она покачала головой, вглядываясь в амулет, — это ее истинное лицо. Амулет наводит морок, если его снять. Я такое вижу впервые.
— Я вообще никогда не видел никого под мороком, — пробурчал Аб, — что же нам теперь делать? Давай искупаем ее и отнесем к старейшинам, пусть сами решают, как поступить.
— Ее выбросили в реку завернутую в мужскую рубаху, и ты думаешь, что спасешь ее, если о ней узнают люди? — взглянула жена на мужа и завела за ухо выбившуюся прядь. — Ты совсем выжил из ума, муж мой.
— И что ты предлагаешь? — он угрюмо смотрел на нее. Тона снова осторожно сняла амулет и тихо молвила: — Посмотри, Аб. Она так похожа на тебя, когда без амулета.
Аб изумленно смотрел на некрасивое треугольное личико девочки, попеременно поглядывая на себя в висящее на стене зеркало.
— Небесный бог не дал нам детей, но послал тебе эту кроху, так зачем нам отказываться? Аб, — она прижалась к мужу, продолжая стискивать амулет в руках, — давай оставим ее себе. Скажем, что я родила ее раньше времени, что живота не было видно. Я могу не показываться на люди, а она такая крошечная, нам поверят, Аб, я прошу тебя!
В глазах Тоны стояли слезы.
— Смотри, — муж схватил ее за руки, в которых был зажат амулет, и поднял их на уровень глаз, — смотри, Тона, что ты наделала!
Камень стремительно терял цвет, серебро темнело и скручивалось и теперь руки Тоны сжимали обычный серый дорожный камень, нанизанный на обычный веревочный шнурок.
— Аб, — Тона указала мужу на окно. Там бились три белые птицы, пытаясь открыть раму.
— Не знаю, — он не на шутку испугался, — что теперь будет, Тона?
— Аб, — женщина снова умоляюще сложила руки, — амулет погас, значит он был заряжен не надолго. Это знак. Небесный Бог и его Пресветлая Матерь подарили нам дочь, неужто ты сможешь отказаться от такого подарка? Ту, светленькую, мы бы не смогли оставить, нам бы никто не поверил, а с такой все получится. Ну?
Верон смотрел на ребенка, не двигаясь.
