В сердце улицы Мира зазвучала старая французская мелодия, а Катерина переживает волнения за своего Марка Василевского, который забрал учебники из ее рук. Здесь все наполнено теплой дружеской атмосферой и незабываемыми моментами школьной жизни.
– В городе больше всех вопил, что вырос из лагеря, а сам такими глупостями занимаешься. Хотя своего ты добился: тебя теперь и мама родная не узнает.
Конечно, Ирка преувеличивала. Ранения от перепалки с Амелией были не такими уж серьезными. На скуле лишь красовалась большая царапина от кольца Циглер. Я почему-то тут же вспомнила Иркин фингал и негромко захихикала:
– Наша Даша Васнецова всех Третьяковых отделала.
Даня с Иркой сердито посмотрели на меня.
Настроение после взбучки для Дани было приподнятым. Все-таки здорово, что близнецы выбрались вместе со мной в лагерь.
По пути в столовую пришло сообщение. Я открыла его, и дыхание тут же перехватило. От мамы. В последнее время я отвечала немногословно, не желая делиться тем, что происходило у нас дома. Но мама, видимо, все-таки допросила с пристрастием тетю Соню. В сообщении родительница спрашивала меня о Катерине. Кто она? Какая она? Чем занимается? И как я теперь себя чувствую? В этот раз она была такая разговорчивая в своих посланиях… И такая учтивая.
"
"Настроение сразу испортилось. Хотя за большими панорамными окнами столовой, которые выходили на сосновый лес, было солнечно, в душе моей заморосил мелкий холодный дождь.
– Никита снова на тебя пялится, – наклонилась ко мне Руднева.
– Разве? – растерянно отозвалась я, поднимая глаза.
Яровой, действительно, сидел за столом напротив и неотрывно смотрел на меня. Так мы некоторое время глазели друг на друга.
– Вы ведь снова общаетесь? – не отставала Диана.
– А? Ну да… – Я не отводила взгляда.
Амелия и Ирка в тот момент что-то негромко обсуждали.
– Между вами что-то есть? – бесцеремонно осведомилась Руднева.
– Между нами?..
Внезапно Никита, не доев, поднялся из-за стола и решительно направился к выходу из столовой. Я огляделась в поисках вожатых. Заметив, что все они пока едят и не обращают внимания на своих подопечных, тоже поднялась.
– Ты куда? – впилась в меня удивленными глазами Ирка.
– Надо выйти! – бросила я уже на ходу.
