Автор
Кирилл ушел, но душевный удар оказался слишком плачевным. Теперь в его лоно вернулась жена, и он больше не хочет ни взгляда, ни прикосновения к этой интрижке. Теперь я свободна, но еще больше расстроена — отношения закончились, а душа до сих пор тянет к нему.
Дочка сидела на полу и, раскрыв свою любимую «Детки в клетке» Маршака, делала вид, что читает. Звучало это примерно так: «Бади-бади-бади! Няня-бади-мака! Баба-пака-бади…»
Почти заклинание, от которого на сердце чуть потеплело.
— Слышу. Иди к ней, я сейчас приду.
— Вместе пойдём, — возразил Костя, с неодобрением косясь на сигарету в моих пальцах. — Вера, брось каку. Тебе не идёт.
— Вот ещё! — Я почти злобно оскалилась и показательно затянулась. Правда, тут же закашлялась — дыхание спёрло от подобной глубокой затяжки, и в глазах защипало.
— Всё, хватит. — Костя решительно шагнул вперёд, отобрал у меня сигарету и загасил её в пепельнице.
— Вершинин, я тебя не узнаю, — хмыкнула я язвительно. — Ты же обычно стараешься ни во что не вмешиваться. Вот и не вмешивался бы. Курить — это моё право.
Костя злился. Нет, не так — он был в ярости. Я даже не помнила, когда в последний раз видела его в подобном бешенстве. Он то бледнел, то краснел, по щекам ходили желваки, а глаза и вовсе словно молнии метали.
И чего он так бесится-то? Подумаешь, курю. Миллионы людей занимаются тем же самым. Насколько я помню, его отец вообще дымит как паровоз, и ничего.
— Кир в курсе?
Ах, вот оно что!
— За своего драгоценного друга переживаешь? — фыркнула я. — Не переживай, ему на меня посрать. Я налысо побреюсь, так он даже не заметит.
Костя выдохнул — и с этим движением с его лица словно слетели все краски.
Кажется, понял всё-таки… Что ж, молодец, догадливый. В отличие от Кирилла.
Но глаз на этот раз не опустил. Прикрыл только, и зубы сжал, и сглотнул — я заметила, как нервно дёрнулся его кадык.
— Пойду я… к Кате, — сказала я, невесело усмехнувшись и представляя, какой грандиозный меня ждёт скандал сегодня вечером — Костя наверняка ведь всё доложит Киру! — и попыталась пройти мимо к двери, но мне не дали.
Костя перехватил мою руку, сжал ладонь… а потом внезапно притиснул меня к себе.
И обнял.
Что… что происходит?..
20
Вера
— Давно? — спросил он глухо и сдавленно, уткнувшись лицом в мои волосы.
Мне не нужно было уточнять, о чём он спрашивает. И я могла бы не отвечать или съязвить что-то… но больше не хотелось. Не теперь, когда Костя меня обнимал.
— С самого начала.
Он хрипло выругался, пощекотав своим дыханием моё ухо, и я замерла, отчего-то вдруг резко осознав, что нахожусь в объятиях мужчины.
