Но если ты хочешь посидеть здесь, завернувшись в пледы, и вместе помёрзнуть, я составлю тебе компанию.
— Когда внутри ждёт такая роскошная кровать?
Я покосилась через его плечо. Кровать под чёрно-золотым покрывалом и впрямь не уступала той, что я видела в императорской опочивальне. И, что было куда важнее, на ней свободно могли разместиться даже четверо, а это значило…
…Что мне не нужно будет прижиматься к Тени во сне или случайно касаться губами его горла. И мои пальцы сами по себе не забредут к нему в волосы, а Тень не вдавит моё тело в матрас, покрывая шею и плечо поцелуями, и мы…
— Не надо, — хрипло сказала я. — Ты, я и кровать… прямо сейчас это плохая идея. Разве что если мы сразу заснём, но тогда мы провалимся в сон вместе, я снова буду обнажена, и это будет ещё хуже. Разве что ты выпил вербену.
Тень покачал головой:
— У меня от неё здорово болит голова. Я слишком устал, чтобы пить её ещё и сегодня. Церон ранен, и ему точно не до того, чтобы…
— …Пытаться заманить тебя в свой сон.
Тень взял меня за руку. Поднял бровь, изогнул мои пальцы — и перстень императора, забытый, упал на каменный пол. Я усмехнулась:
— Просто не хочу лишних напоминаний.
Тень лёгкими пальцами развернул мой шарф, перебирая его в руках.
— Помнишь битву с филастрами?
— Помню. — Я коснулась его руки. — Думаешь, твой подарок меня защитил?
Тень положил шарф в изящную каменную нишу и обнял меня за талию. Несколько минут мы стояли и глядели на ночной водопад, любуясь искристыми струями воды в огнях светлячков. На мокрых перилах блестели брызги, и мне вдруг захотелось, чтобы Тень разложил меня обнажённой на этих перилах так, чтобы я перегнулась вперёд спиной в пропасть. Снова окунуться в бешеную страсть рядом с ним, перестать думать, отключить обратный отсчёт до того дня…
…Когда уже ничего нельзя будет взять назад.
— Ты отказался от жертвоприношения на состязаниях, — проронила я. — Но есть ещё одно жертвоприношение, от которого не отказываются. В день, когда восходят на престол.
Во время коронации Тени в Рин Дредене жертвоприношения не было. Но там, на поверхности, Тень всегда мог оправдаться тем, что желал заслужить расположение глав гильдий и старой аристократии. Здесь, в Подземье, оправданий не существовало.
— Это может произойти ещё не скоро, — устало сказал Тень. — Через год, возможно. Или ещё дольше.
