Но мне казалось, что я вот-вот вспорхну на невидимых призрачных крыльях, которые Тень дважды дарил мне во сне.
Быть демонессой, его парой, наложницей, юной императрицей Подземья…
Прекрати. Дара, прекрати. Хватит фантазировать.
Тень шагнул ко мне, и за его спиной распахнулись крылья.
— Я хотел бы видеть тебя со связанными руками, — по-прежнему хрипло произнёс он. — Хотел бы взять тебя прикованной к плите, медленно опускающейся в лаву. Часа нам бы хватило, как ты думаешь?
— Чтобы на плите стало бы так же жарко, как и под ней?
— Я же говорил, что с тобой будет не скучно.
Тень подошёл ко мне и вдруг небрежно, без перехода, лизнул мою обнажённую ключицу, которая тут же покрылась мурашками.
— Эй, что ты делаешь?
— А тебе бы хотелось, чтобы я утруждал себя реверансами? — Его рука властно охватила мою талию. — Пригласил бы тебя на танец, быть может? После изысканного ужина и разговора о твоих любимых способах убивать демонов?
Его рука легла мне на бедро и скользнула ближе к животу, пока взгляд не отрывался от моих губ. Крылья колыхались за его спиной, широкие и прямые, делая его загадочным, властным и бесконечно далёким — но всё же моим. Всегда — моим.
— Мы прошли по лезвию ножа сегодня, Дара Незарис, — прошептал он. — Нет смысла обременять себя условностями.
И, крепко удерживая меня над бездной, он поцеловал меня.
Он и я, снова и снова. Зов желания барабанным боем гремел в ушах. Я застонала в губы Тени и почувствовала, как он ласкает меня всё смелее, окончательно наплевав на все условности. Нас не могли видеть с этого балкона, но даже если бы мы голые сейчас занимались любовью на глазах всего Подземья, мне было бы плевать. Моя кровь кипела, и сейчас я была способна на всё. Драться покрытой кровью диких демонов с ног до головы. Заниматься любовью яростно и неутомимо. Целоваться и кричать. Быть вместе.
Тень был жив. Мы были живы. Церон бежал, посрамлённый, а император не посмел убить своего единственного наследника.
Да, у меня болело сердце. С той самой ночи, когда мы с Тенью напились вместе — а утром, уходя, я обернулась через плечо и поняла, что наши отношения обречены.
Но я не жалела ни о чём.
Когда мы оторвались друг от друга, Тень коснулся моих волос.
— Ты жива, — тихо сказал он. — Я разнесу всё Подземье, лишь бы ты была жива.
— А я, — прошептала я в ответ, — разнесу всю спальню, если не услышу ни одного твоего приказа этой ночью. Я не желаю, чтобы моим властелином был стареющий император.
