Автор
В отчаянной экспедиции к Долине Людей Льда судьба пятерых исследователей рушится в одночасье. Жестокий тенгель Злой управляет мрачными ландшафтами, и его страх за долину становится непреодолимым бременем на сердце путешественников. Габриэла Карине и Иоакима выжившим остается маленький Габриэль, который в борьбе с природой может стать последним связующим элементом для спасения....
— Все в порядке? — спросил он и позабыл свою несправедливую обиду из-за машины.
— Да, все прекрасно, ничего страшного, — сказала эта невероятная девчушка хрипловатым голосом. — Не подвезете ли меня? Я обожаю автомобили. Особенно те, которые ездят быстро. А ваш наверняка из таких.
— А то нет! Куда вам надо?
Она пожала плечами.
— Куда угодно, просто прокатиться.
Он тут же все понял. Если она готова, что ж, он ей мешать не станет!
Минуту спустя он заехал в лес и остановился на опушке. Он привычно повернулся к ней, положил руку на спинку сиденья.
Она не стала возражать, приняла его обычный в таких случаях поцелуй и даже села поудобнее, когда он положил руку ей на бедро, и рука полезла вверх. Он прекрасно знал свое дело. Ничего себе, у нее же внизу ничего нет! Значит, она тоже не прочь, понял он…
Она схватила его за брюки, и он немного ослабил пряжку ремня, чтобы ей было удобнее. Но вдруг она словно застыла. Она громко вздохнула.
— Нет, — прошептала она. — Нет, это тоже не то!
— Что ты имеешь в виду? — пробормотал он, пытаясь поцеловать ее в шею.
— Отпусти меня, — сказала она каким-то зловещим голосом, но он уже слишком возбудился, чтобы прекратить. Он грубо шарил у нее под платьем, мешая всякому сопротивлению. Что это она себе вообразила?
И вдруг он словно бы обжегся. Удивленный, он взглянул ей в лицо и не поверил собственным глазам. Ее красивые желтые глаза превратились в темные угольки, он почувствовал, как его голову охватывает пламя, она что-то пробормотала, он даже не мог понять, что, и вдруг все это восхитительное создание прямо у него в руках превратилось в горящие угли.
И тут эта невероятная женщина сделала равнодушное движение рукой, и пожар погас. Она отодвинулась от него. Он, плача, глядел на свои сгоревшие брюки, молния на ширинке расплавилась и смешно вздыбилась.
Халькатла вышла из автомобиля и посмотрела на мужчину, который рыдал внутри.
— Ты так ничего и не понял, — пробормотала она. — Ты был просто грубый и противный. И душа у тебя черная.
