Елена Арсеньевна продолжала свою упрямую борьбу, каждый день углубляясь в свое заблуждение. Павел Шацкий застыл в ожидании ответа, глаза сверкали от напряжения. Встреча с «Империал» становится последней каплей для молодого менеджера, который не может больше ждать решения....
Но вместо письма пришлось расписываться в приказе о премии.
«Вы очень ценный работник. Музей гордится сотрудничеством с вами и благодарит за качественное выполнение обязанностей», — пояснила молодая девушка-бухгалтер, подсказывая, где ставить подпись.
Дальше поводов для радости стало еще больше.
Частная школа, в которую так хотелось отправить Тима, прислала приглашение на день открытых дверей и сообщила, что специально для нас руководство готово предоставить скидку. Размер скидки получился небольшой, всего пять процентов, но, учитывая астрономическую стоимость обучения, я была готова танцевать от счастья.
Ну и закончила череду счастливых событий клиника. Вместо двухмесячного ожидания маму брали на операцию уже через неделю. Без бумажной волокиты и забега по врачам. А от фамилии врача, который будет оперировать, у меня закружилась голова."
"Даже с очень большими деньгами мы не могли рассчитывать на такую удачу. Даже если бы отец был жив и смог подключить свои связи, мы не убедили бы знаменитого хирурга взяться за наш случай.
После такой вереницы радостных новостей на первую же фотосессию я приехала как на праздник. Неважно стало, какую именно рекламу задумал Павел. И мысли не возникло согласовывать с ним наряды и образы.
За школу и операцию я была в таком долгу перед «Империалом», что даже небольшое опоздание с началом съемок не смогло выбить из колеи.
— Гриша, обещай, что вышлешь фото до конца недели! — первое, что я услышала, войдя в фотостудию.
— Вика, у меня столько заказов, что зашиваюсь, — с тяжелым вздохом произнес мужчина.
— Паша потерпит! — возмутилась девушка. — У него всегда все горит. А у меня подарок. На юбилей. Я не могу подарить эти фотографии позже.
— Ты, Паша... Как вы оба меня достали! Чувствую себя рабом на галерах.
Следом за этой фразой послышался новый щелчок фотоаппарата. И в проеме двери, в профиль, показался сам фотограф. Долговязый парень с длинными волосами, стянутыми в хвост. И босой.
— А что нам делать, если ты лучший?!
Я не собиралась заглядывать в зал.
— Гриш, ну мы же друзья?
Полная женская грудь, обтянутая лишь тонким лоскутком ткани, прижалась к мужской груди, а пухлые губы коснулись щеки.
— Вик, даже не упрашивай!
Парень опустил фотоаппарат и еще раз устало вздохнул.
— Ну я очень хочу сделать ему подарок.
