Елена Арсеньевна продолжала свою упрямую борьбу, каждый день углубляясь в свое заблуждение. Павел Шацкий застыл в ожидании ответа, глаза сверкали от напряжения. Встреча с «Империал» становится последней каплей для молодого менеджера, который не может больше ждать решения....
А потом будет всю жизнь бороться за право быть рядом. Это какая-то проклятая карма.
— В моем случае все не так. Тим обязательно скоро вернется к нам.
— Да, не так... — Мама задумчивым взглядом посмотрела в сторону детской комнаты. — Слава не сказал, когда отпустит его?
— Он снова тянет время. Но я уверена, сдастся.
— Твоему бывшему, наверное, не понравилось, что ты решила вопрос со школой сама. Это большие деньги. А ведь впереди еще и моя операции. Я от цены в договоре с клиникой до сих пор отойти не могу.
— Слава переживет! Я уже устала делать только то, что нравится другим. Сначала отцу, потом мужу.
Осторожно выбравшись из маминых объятий, я начала раздеваться.
— А твой договор с этим отелем... Он еще долго будет длиться? — с подозрительной тревогой спросила мама.
— С «Империалом»... — Я оглянулась в сторону своей сумочки.
Там в телефоне уже горело сообщение от Павла с графиком фотосессий и следующих презентаций. Точных дат я пока не знала. Но на работе наверняка нужно будет проситься в отпуск.
— Я, возможно, глупости всякие думаю, но... — Мама стушевалась. — Слава не сможет тебе там помешать?
— Помешать?
Платье упало на пол с тихим шелестом.
— У него вроде бы остались здесь связи...
— Он... — В горле запершило, а в кухне хлопнула форточка.
Из-за прохладного ветерка кожа покрылась мурашками. Мама тут же запахнула на груди кофту. Но мне почему-то стало жарко. Загорелась вся. От пяток до макушки. Словно болезнь какую-то подхватила.
— Нет, здесь Слава бессилен...
Перед глазами снова появился Денис. В дорогом костюме. С модной стрижкой, которая безумно ему шла. Холодный и спокойный, как океан в штиль.
— Слава и его знакомые не посмеют даже сунуться к владельцу «Империала». Только не к нему! Это я могу тебе гарантировать, мама.
***Неделя после презентации еще сильнее убедила, что решение стать лицом «Империала» было правильным.
На работе косились, словно я ожившая мумия фараона. Но фамилия «Абашева», которую мгновенно узнал весь Питер, тут же стала приносить свои дивиденды.
Для начала меня без уговоров отпустили в отпуск. В отличие от всех прежних случаев, хватило лишь заявления. После на банковскую карту от музея поступила довольно крупная сумма денег.
Не ожидавшая такого счастья, я, конечно же, тут же побежала в бухгалтерию и мысленно составила письмо о возврате ошибочно перечисленной суммы. Другой причины пополнения счета не было.
