Женщина остается одна с ребенком, зачатым от человека, который исчез из её жизни. Между любовью и отчаянием, надеждой и предательством — хрупкое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. История о выживании, материнской силе и поиске смысла на краю пропасти.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Наше шаткое равновесие» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Женщина остается одна с ребенком, зачатым от человека, который исчез из её жизни. Между любовью и отчаянием, надеждой и предательством — хрупкое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. История о выживании, материнской силе и поиске смысла на краю пропасти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Женщина остается одна с ребенком, зачатым от человека, который исчез из её жизни. Между любовью и отчаянием, надеждой и предательством — хрупкое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. История о выживании, материнской силе и поиске смысла на краю пропасти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Лучше будет, если я не приеду, да? Сестре так будет лучше, — усмехаюсь, — ты, наверное, мне то же самое и на моем смертном одре скажешь, что всем лучше без меня будет, — смех сменяется гневом и подступающей истерикой.
— Женечка, папа не то…
— О нет, мам, папа сказал именно то, что хотел сказать. Я поняла все, позвони, как в Москве будете. Держи меня в курсе дел. Пока.
Вылетаю из квартиры под отцовское недовольное брюзжание. Идти некуда. Точнее, есть, но в общагу не хочется. Но я иду. Выбора нет.
Мне так больно. Я… я же так не хотела. Никогда этого не хотела. Юлька. Моя Юлька… а теперь…
Отец не простил. Он все еще меня не простил. А моя сестра, мы же… мы же не общаемся уже четыре года. Это ужасно, это мерзко. Но она не смогла принять мои поступки. Не смогла понять, да и не нужно ей это. Никому не нужно.
Зачем кому-то понимать наркоманку, зачем?
А я просто хотела быть на равных. Я всегда чувствовала себя лишней. Только и слышала — Юля то, Юля се. Самая лучшая в классе, гимнастка, будущий юрист. Классный юрист. Аттестат особого образца, куча друзей, ухажеров. А я… я лишь жалкая пародия, тень. Точно. Тень. Идентичная, но всегда позади. Одинокая и забитая. В глубине души я ненавидела их всех.
Когда зависала у Ящера, обдалбываясь в хлам, то видела картинки. Яркие, обнадеживающие. В них все было иначе. Там родители нас не делили, там мы с Юлей были вместе, как настоящие сестры. Там была настоящая жизнь. Мне хотелось в нее возвращаться. Мне был нужен этот призрачный мир.
Поднимаюсь на этаж, вытирая слезы. Нужно быстрее попасть в комнату, но даже этого сделать нормально не могу. По пути налетаю на рыжую. О, эта дрянь не дает мне прохода с того момента, как Мурас появился в моей жизни. Она лучшая Алкина подруга и просто обязана меня ненавидеть.
— Эй ты, тихоня, — смешок, — что слезки льешь? Узнала все-таки правду?
— Отстань, — пытаюсь идти дальше, но она цепляет меня за рукав.
— Стоять. Я не отпускала. Расскажи, как это знать свою цену? Да еще какую, два ящика алкашки, — она злобно усмехается.
Она смеется, а я ничего не понимаю.
— Мурас поспорил на тебя. Как тебе быть вещичкой, на которую делают ставки? А?
— Поспорил, — шепчу себе под нос.
Нет, он не мог. Игорь же… нет. Мой Игорь так не поступил бы, только вот по ее лицу я вижу, что поступил. Что так и есть.
Разворачиваюсь и со всех ног бегу на улицу. Звоню ему, но телефон отключен.
Я не дура и не поверю словам какой-то идиотки. Причем у которой есть мотив. Нет. Я все выясню. Подбегаю к остановке и, забравшись в маршрутку, еду к нему. На подкашивающихся ногах поднимаюсь на второй этаж. И звоню в дверь.
— Боже, пожалуйста, пусть он будет дома… пожалуйста, — шепчу.
Дверь открывается. Я смотрю себе под ноги, но, когда дверь распахивается, вижу свои же тапочки на чужих женских ногах.
