В зеркале веков вспыхивает легендарное строительство Твердыни, когда имперские казны иссякли. Независимые жители западных земель изменили облик столицы. Здесь каждый камень свидетельствует о роковой ошибке императора.
Щеку обожгло огнем, и, зашипев от боли, я поспешно рявкнул:
— Стой! Лени, хватит!
И тут до меня дошло — я чувствую боль. Это не сон.
— Ф-ф-уу-х, — с облегчением выдохнул Лени. — А уж думал — все! Ох, радость какая.
— Лени, это не сон, — оглушено бормотал я. — Понимаешь? Это на самом деле. Я не сплю…
— Да какой уж тут сон, господин! — опять запричитал Лени. — Если бы! Хотел бы я сейчас проснуться! Не сон это, не сон! Но вы поправитесь, господин Корис! Обязательно поправитесь! Сейчас чуть в себя придете — и сразу в обратный путь двинемся.
— Стоп! — я заторможено поднял руку, останавливая обрушившийся на меня словесный поток. — Лени, Тикса, расскажите мне, что случилось. С самого начала, по порядку, не торопясь.
— Да что там рассказывать, господин? — вскинулся Лени. — Все так быстро случилось, я и глазом моргнуть не успел!
— Не так! Лени, еще спокойней и с того момента, когда меня и ниргалов атаковали.
Несколько раз вздохнув, Лени уже более спокойным голосом начал говорить.
Чем больше он говорил, тем больше я понимал, что за то время, что я был без сознания, ничего особенного не пропустил.
Тикса и Лени как раз миновали середину полого склона, третий ниргал на мгновение задержался на гребне, чтобы окинуть округу взглядом, и направил лошадь следом. В следующую секунду я с двойкой ниргалов добрался до крошечного пятачка между деревьями, и ловушка захлопнулась.
— Снег словно взорвался, — вспоминал Лени. — Во все стороны комья мерзлой земли полетели.
Из ступора они вышли лишь когда я зашелся в диком крике боли, перекрывшем ржание лошадей, так же попавших под удар. Мимо на полном скаку промчался последний ниргал и с ходу врубился в сплетение ветвей.
— Когда мы туда подоспели, — продолжил Лени, — то все уже, почитай, закончилось. Ниргалы большую часть щупалец разбили и за стволы уже взялись. А их эти ветки и не брали вовсе — со звоном отскакивали да на осколки разлетались.
— Разбили? Осколки? — недопоняв, переспросил я. — В смысле?
— Да, господин, — развел руками Лени. — Как есть осколки. С виду дерево, а на самом деле ледышка. Мы как с лошадей соскочили, первым делом к вам бросились.
