В тепле старой башни ждет новая жизнь. Ниночка трепещет в первом роддоме города, а за окном сгущаются сумерки. Мать Татьяны, вернувшись домой, обнаруживает нежный конверт — и таинственное предназначение для своей будущей правнучки.
Народ задвигался, а мэтр принялся пояснять:
-- Нет-нет, госпожа фон Розен. Я не буду этим заниматься. Эти самые вазы и рукомойники надлежит отдать немедленно. Отец Инкис проследит, дабы их получили именно те, кому они причитаются.
-- Мэтр Фонкер, мой муж не желает принимать опеку над девочкой. Но он позаботился о ней! Мы желаем составить документ, что опекуном дочери барона будет госпожа Любава фон Розер. Это будет вполне богоугодным делом: вдова замолит грехи мужа!
-- Белинда… -- нерешительно начал Варуш.
-- Составьте договор об опеке прямо сейчас, мэтр Фонкер, будьте добры. Когда вдова будет переезжать в свои владения, – эти слова Белинза выделила насмешливым тоном, – она заберет сиротку с собой.
-- Как прикажете, светлая госпожа, – мэтр кивнул и начал составлять бумагу. Я терпеливо ожидала окончания концерта. Для моей задумки мне нужно было максимальное количество свидетелей.
Документ мэтр составил, но возникла заминка, когда он попытался отдать мне те самые золотые, что положены опекуну. Белинда подняла крик, но быстро взяла себя в руки:
-- Мэтр, эти деньги по праву мои! Дело в том, что я уже отдала сестре такую же сумму. Вот, у меня есть расписка. Да и она не станет отрицать!
Глава 10
Мэтр и все присутствующие уставились на меня, а я ласково улыбнулась сестрице и сказала:
-- Думаю, ты не поняла, Белинда.
Белинда закусила губу. Она-то явно рассчитывала, что вернет отданные мне деньги с помощью завещания.
-- Жадность – грех, дочь моя. Ежели покойный барон завещал опекуну деньги эти, то опекуну они и должны пойти. Ты же желаешь удалить сироту из дома близкой родни, – мужчина укоризненно покачал головой, – но не желаешь вознаградить вдову за хлопоты. Так негоже!
Сейчас сестрица походила на затравленную крысу.
