Холодный и расчетливый Змей не замечал простую северянку, подругу своей сестры. Но одна пощечина пробудила в нем страсть, которую он не в силах контролировать. Теперь их игра на грани любви и мести способна изменить обоих.
Для неё положение превыше всего. Она скорее будет искать во всём плюсы. Это, конечно, не помешает ей наедине учить тебя жизни, читать лекции и морщиться от раздражения. Но не при чужих. А отец… — Красивое лицо герцогини омрачила тень. — Он не рискнёт пойти против Лео.
Селина вновь оказалась права. Чему, если честно, я не очень и удивилась.
Когда мы приехали в родовой замок Торнтонов, всё произошло в точности так, как она мне говорила. Никакой торжественной процессии, лишь гробовая тишина, кто-то даже велел задёрнуть шторы на окнах, погружая особняк в темноту и тоску. А вместо приветствия нового члена семьи родителями Торнтона, нас встречала экономка.
— Добрый день, милорд, — искренне улыбнулась женщина, когда мы зашли в огромный холл.
В тот самый, в котором я когда-то танцевала, радуясь тому, что смогла избежать нежеланной поездки в гости. Не знаю, почему именно этот момент мне вспомнился, но я неожиданно смутилась.
— Миледи, добро пожаловать, — обратилась ко мне экономка и я неловко улыбнулась.
— Здравствуйте, госпожа Кроуст, — поздоровался с ней Леонард и осмотрелся, словно хотел ещё раз убедиться в том, что кроме прислуги нас никто не вышел встречать. — А где все?
— Леди Торнтон вот уже третьи сутки лежит у себя в покоях с жуткой мигренью и никуда не выходит. Отменила все поездки и встречи на неделю вперёд.
— Упивается своим трауром и несчастьем, — равнодушно отозвался Элкиз.
— Уже пять раз вызывали лекаря, — попыталась защитить хозяйку экономка, но выходило плохо.
Даже я не поверила в болезнь леди Торнтон, что уж говорить о Леонарде.
— Значит, мою просьбу она выполнять отказалась. Хорошо. А где лорд?
— У себя в кабинете.
— Предсказуемо. Айола, — супруг взглянул на меня, — дом тебе знаком, слуги тоже, так что за тебя я не беспокоюсь. Мне надо переговорить с родителями. Если хочешь, можешь отдохнуть в наших покоях после поездки.
— Спасибо, я подумаю.
— Я скоро приду, нам надо будет кое-что обсудить.
Кивнула головой, обдумывая, как поступить.
— Франк приготовил ваши любимые пирожные, — неожиданно вставила госпожа Кроуст, вновь привлекая к себе внимание.
— Пирожные? Мне?
Мы, кончено, подружились с поваром Торнтонов, но ведь с тех пор прошло пять лет. Неужели он до сих пор помнит мои любимые лакомства?
— Как узнал, что вы прибываете сегодня, так сразу решил сделать вам сюрприз.
— Он удался, — не смогла удержаться я от ответной улыбки.
Чувство неловкости постепенно уходило. Замок уже не казался таким тёмным и враждебным.
