В роман "Настоящие" — Татьяна Юрьевна Серганова рассказывает о ласкающей душу и полной страстности любви в жарком июне, когда розовый закат превращает город в райский уголок. Встреча двух чувственных душ в атмосфере цветов и тепла вызывает волнующие эмоции.
Задержала дыхание и мазнула лезвием по ладони, рассекая кожу, шипя от боли.
Кровь к крови, сила к силе.
Жизнь за жизнь.
С раной на руке я смогла отпустить жизнь из своего тела. Всего каплю, но это только начало.
Так важно сейчас не спешить. Стоит мне лишь немного усилить нажим и его сердце просто не выдержит переизбытка энергии, а сосуды и капилляры разорвёт.
Я заставила себя не торопиться. Но как же это всё-таки трудно. Сила рвалась и клубилась внутри меня, стремясь как можно быстрее покинуть тело. Как жадно раскрывалось его тело, поглощая мою энергию, пытаясь затянуть рану на груди и выжить.
Ты мой!"
"Ритм его сердца восстанавливался. Но Леонард еще так слаб и не стабилен, что эти изменения едва заметны, но я почувствовала и не смогла сдержать ликующей улыбки.
Смогла! Получилось!
Живи… только живи.
То, что я творила, было опасно и безумно. И мне это всё было известно еще тогда, когда запускала процесс. Нельзя отдавать свою энергию, пытаясь спасти жизнь другого. Ведь остановить этот поток потом почти невозможно.
Лишь опытные искрящие могут себе это позволить.
Опытные, но не я.
Но мне всё равно не страшно.
Я не боялась смерти. Лишь бы Леонард жил!
Любовь? Не знаю. Безумие? Возможно!
Чем сильнее билось его сердце, тем слабее стучало моё.
Рана затягивалась. Я знала, что моих сил не хватит, чтобы затянуть её полностью, но это не важно. Тут Керит и он завершит начатое, позовёт помощь.
Перед глазами уже начали вспыхивать круги, тело дрожало от перенапряжения, а во рту всё пересохло.
Остановиться я не могла, даже если бы захотела. Всё зашло слишком далеко.
Живи…
А в ответ чужой крик в голове:
Не смей!
И нас оторвало друг от друга, расшвыривая в разные стороны.
Огонь был повсюду. Жаркое, безумное пламя, медленно сжирающее его внутренности и высасывающее по капле жизнь из тела.
Наверное, именно так чувствует себя куропатка на вертеле, если она может что-то чувствовать.
Круг за кругом. Бесконечно.
Умирать не страшно. И почти не больно. Если только чуть-чуть, потому что боль в груди сводит с ума.
Может это уже Бездна? Такое своеобразное наказание за все грехи, в которых так и не раскаялся и не попросил прощения у Великих?
Зря старались, каяться мужчина не собирался. А вот побороться может быть.
Стоило так подумать, как тут же пришёл холод.
Крохотные колкие иголочки инея, которые быстро таяли, орошая душу живительной влагой.
