Медсин-Крик, штат Канзас, начало августа. Закат солнца палитра кукурузного поля до горизонта. Верхушки растения вьются под легким ветерком, будто живые существа, замершие неподвижно, как свечи. Жара третья неделя — мёртвый воздух клубится над полем, словно звенящая занавеска....
Если он не соединится с группой Ларсена, то придётся одному следовать за Лефти и его собаками, а такая перспектива его совершенно не устраивала. Да и где этот Лефти?
Хейзен снова посмотрел назад и призадумался. Если это не заблуждение памяти, то он вышел из того прохода, что справа от него, но полной уверенности в этом не было. А если он ошибётся и пойдёт не туда?
— Лефти! — заорал что есть мочи шериф, прислушиваясь к своему голосу.
Тишина.
— Ларсен! — Сложив руки трубочкой, Хейзен повернулся в сторону предполагаемого тоннеля.
Несмотря на освежающую прохладу и сырость, его спина взмокла от пота. Он растерянно качал головой, не понимая, что теперь делать и куда бежать. Прибор ночного видения создавал странное ощущение красноватой и совершенно безжизненной планеты, какой обычно изображают Марс. Проведя рукой по ремню, Хейзен с ужасом убедился в том, что во время этой гонки потерял свой карманный фонарь. А самое ужасное заключалось в том, что вся его хитроумная операция фактически провалилась.
"Подумав, Хейзен решил, что сейчас самое главное — собрать всех вместе, восстановить контроль над операцией и продолжить дело.
В конце концов Хейзен заключил, что скорее всего он вышел из того тоннеля, который справа, и решительно направился туда. Через пятьдесят футов он наткнулся на большие куски сталактитов, устилающие пол в этом проходе.
Хейзен прошёл ещё несколько десятков метров, но никаких знакомых примет по пути не обнаружил. Снова выругавшись, он повернул назад.
