Чуть выше грациозная балерина застыла в пируэте, а в самом центре одинокая скрипачка замерла, едва коснувшись смычком струн. И где-то под потолком зазвенело эхо ее робкой мелодии.
— Здравствуй, – подхожу к белокурой статуэтке. — Я обязательно сыграю. Вечером, когда никого не будет дома. Обещаю. А сейчас мне пора.
Бросаю короткий взгляд на часы. Через двадцать минут проснутся мои непоседы, и пробраться тайком обратно уже не получится. А они не должны видеть меня в растрепанных чувствах.
Короткий взгляд на одинокое фото в темном углу и в сердце больно колет тонкой иголкой.
И воспоминания норовят пробраться сквозь многолетнюю броню, которой я огородила себя, спасаясь от боли и отчаяния. Воздвигла стену и не позволю ей рухнуть. Поэтому поспешно отвожу взгляд и выскользаю из комнаты, заперев ее на ключ до следующей встречи.
На цыпочках вбегаю на второй этаж и ныряю в спальню в тот самый момент, как из детской доносится радостный хохот под: «Доброе утро, сестричка!», – и бешеный крик другой.
Улыбаюсь, прислушиваясь, как мои несносные девчонки встречают очередное утро. Затылком прислоняюсь к двери, ощущая, как по телу разливается приятное тепло от того, что они есть в моей жизни.
Грохот в коридоре заставляет меня явиться перед дочками в самом грозном виде (и все равно, что я в халате, я могу быть суровой даже во сне – эти чернявки точно знают!), уперев руки в бока.
— И что здесь происходит? – и с трудом сдерживаю прорывающийся смех. А есть от чего. Ритка, мокрая как хлющ, взгромоздилась на спину сестры, и погоняет как лошадь, а Настя никак не поддается на провокацию, а уронив голову в руки, беззвучно смеется, смешно виляя попой, намереваясь скинуть сестру со спины.
И все это посреди коридора, на глазах у изумленной Марьяны и под дикую рок-музыку. Мамочки, и это в семь лет! Что же будет, когда им стукнет по четырнадцать? Разнесут дом по кирпичику?
— Маргарита, Анастасия! – грозно окрикиваю дочерей. Те замирают и синхронно поворачивают ко мне свои сияющие весельем мордашки.
И ни капли в них стыда. Вот чертовки!
— Маргарита Марковна, а ну-ка немедленно приведи себя в порядок! Марш в ванную, а то твои косы потом только остригать под корень!
— Запросто, – огрызается Рита, сверкнув синими глазищами, но послушно отпускает сестру и исчезает за дверью спальни.
— Анастасия Марковна, ну что за детский сад, а?
Настя поднимается с колен, пожимает плечами.
— Настя?! – прикрикиваю я, требуя ответа.
