Автор
Внутреннее напряжение персонажа в центре схватки заставляет кровь биться в ушах. Улицы перед глазами темнеют, и только тихий шепот "Алкаша" остается ясным — он держит пистолет на расстоянии выстрела, но не знает, где именно его сейчас сжимают пальцы.
А Раиса Робертовна разозлилась и сказала, что мол, трудовую не отдаст, пока тот не извинится перед ней, и чтобы сын ее при этом тоже был. Степанов выскочил и исчез. Мы его уволили без личного присутствия. Он потом приперся за трудовой, а Зверева ему напомнила свое требование. Тот извинился, а она ему говорит, что этого недостаточно. Сын не слышал. Вечером, говорит, придешь ко мне на лестничную площадку в доме, где я живу, и попросишь прощения в подъезде — при сыне. Ужасно зла она на него была, ну, ты представляешь!
— Когда это было, Оля? — встрепенулся я.
— Да пару дней назад.
— Почему ты это сотрудникам вчера не рассказала?
— Так не было меня вчера, сегодня только с больничного вышла и сразу в бой.
Я открыл анкету личного дела и обомлел. На меня смотрел тот самый “сталевар с советского плаката”, что так мило беседовал с Зиной, когда я зашел за характеристикой к ней. Вспомнил его. Та же широкоскулая самодовольная рожа. Глаза с ироничным прищуром.
Я почитал его анкету. Степанов Валерий Гаврилович, 1957 года рождения.
— Спасибо, Оленька, побежал я.
— Олежку не нашли? — крикнула вдогонку она.
— Найдем, теперь точно найдем!
Я спустился в цех и нашел Погодина. Тот грустно слонялся среди работяг, пытаясь нарыть хоть какую-то ценную информацию.
Я схватил его за рукав и оттащил в сторонку:
— Бросай, Федя, это гиблое дело. Погнали, адрес проверим один, пока у нас машина под жопой.
— А что я начальнику своему скажу? Егорыч меня сдаст. Он языком любит трепать!
— Не ссы, это по убийству Зверевой адресок проверить надо. Интересный там тип живет. Возможно, наш клиент…
— Как это? Убийца, что ли?"
"— Долго объяснять, по дороге расскажу. Поехали.
— Только с Егорычем сам будешь договариваться!
Глава 21
Оперская копейка неслась по колдобинам грунтовой дороги. Асфальт приказал долго жить еще пару километров назад. Мы ехали среди покосишихся бревенчатых домишек с шиферными крышами, на которых желтыми медузами мохрилась лишайниковая растительность.
Окраины Новоульяновска изобиловали частным сектором из слившихся с городом окрестных деревенек. Город разрастался со скоростью звука, неумолимо поглощая ветхие деревушки. Проглатывал дома, кривые огородики и целые улицы. Дома шли под снос, а их жителям давали квартиры в новостройке по по нормам квадратных метров на человека, которые возводили тут же рядом.
