Сентябрь 2011 года. Марина Казаринова, одна из самых ценных учителей в гимназии, вынуждена была бы исключить одного из ее воспитанников за сексуальное домогательство. Но вместо нее это решение взял на себя учительница-завуч Галина Евгеньевна — и именно она должна будет объявить об этом в классе, где до этого Марина Казаринова была любимым педагогом для многих учеников....
Может, и впрямь что-то срочное. Спасибо хоть, что сумел при этом выкроить для меня пару часов. И не просто приехать, а прилюдно макнуть Тихановича в грязь. Нет, определенно столько, сколько сделал для меня Тимур, не делал никто. Да что уж — он вернул мне Олю. И каким бы он ни бывал порой несносным, одно это перекрывало всё плохое с лихвой. Пусть я его не понимала, не беда, точнее, не главное это. Вот Игоря я не просто понимала, а прямо-таки видела насквозь, а толку-то?
В десять вечера я уложила Оленьку спать, потом ещё немного пооткровенничала с Тоней, пока та не начала раз за разом зевать.
Тимур так и не пришел. Я ждала его до часу или до половины второго, а когда у самой глаза стали слипаться, поднялась в свою комнату. И врать себе не буду — то, что он так и не пришел, меня задело…
Всякие утренние дела отвлекли, конечно, но за завтраком Тоня обронила, что Тимур приходил около семи.
Однако приближался вечер, а от Тимура снова ни слуху ни духу. Теперь уж я точно не сомневалась — он избегает именно меня.
И если вчера от радости я как-то об этом не задумывалась, то сегодня приуныла. Даже Тоня это заметила и за ужином принялась выгораживать Тимура: такой он занятой, такой весь в себе, что кажется, ему на всех плевать, а на самом деле…
Но мне от её попыток стало только тоскливее.
