Автор
Весь последний месяц, ты жил в гнетущей тишине монастыря, пока стены его не стали чем-то реальным защитой от увиденного. Пока Джек не стал лишь еще одним зеркалом, отражающим тебя самого, и мама — лишь символом жизни, которую ты покинул навсегда. Ты остался без всего: любимого, дома, батюшки... И даже без прежней веры в непреходящий свет мира....
— Просить о помощи, взывая к милосердию, бесполезно, верно? — поинтересовалась я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Верно, — холодно улыбнулась она. — И смерти я тоже не боюсь, иначе не завербовался бы во флот.
Недовольно заворчали матросы, но я жестом велела им замолчать.
Служба во флоте была куда опасней береговой. А матросов, по словам людей с нашего корабля, на военные суда зачастую и вовсе «вербовали», подливая в выпивку яд или просто лупя дубиной по голове. Или среди каторжников, обещая помилование.
— Понимаю, — моя улыбка была такой же ледяной, как у нее. Я медленно смерила ее взглядом с ног до головы. — Вам следовало бы носить шейный платок, Бенджамин.
Я выделила голосом имя, одновременно поглаживая пальцами собственное горло. Медленно и нарочито, ровно в том месте, где прощупывались хрящи гортани.
Где у мужчин, всех до одного, выделялся кадык.
Она побелела.
— Вы не… не посмеете! — Она бросила быстрый взгляд за мою спину, туда, где переминались с ноги на ногу матросы.
Ненавидя саму себя, я приподняла бровь.
— Желаете проверить, как далеко я готова зайти, убеждая вас? Очень далеко. Не покривлю душой, если скажу, что любой из экипажа готов отдать жизнь за своего капитана. И я тоже.
На самом деле я бы не обнародовала пол пленницы и не отдала ее матросам — всему есть предел.
— Да ты страшный человек, сокровище мое, — протянул Генри."
"Он перестал скручиваться в комок, и мышцы, кажется, немного расслабились. Я не стала ему отвечать, и без того было тошно.
— Итак? — Я взглянула в глаза «Бенджамина».
Какое-то время мы смотрели друг на друга в упор, но она все же опустила глаза первой.
— Хорошо. Я помогу вам.
Я осторожно повернула Генри на спину, отвела его руки от живота. Судорожно выдохнула сквозь стиснутые зубы — словно мне самой пропороли брюхо от пупка до грудины. Обычно в ножевых драках раны наносят коротким тычком, повреждения Генри были такими, словно кто-то задался целью умерщвлять его долго и болезненно.
