Автор
Весь последний месяц, ты жил в гнетущей тишине монастыря, пока стены его не стали чем-то реальным защитой от увиденного. Пока Джек не стал лишь еще одним зеркалом, отражающим тебя самого, и мама — лишь символом жизни, которую ты покинул навсегда. Ты остался без всего: любимого, дома, батюшки... И даже без прежней веры в непреходящий свет мира....
Владеющие им не трубят о своих способностях на всех перекрестках.
— Жаль. Иногда мне кажется, что, объединившись, можно было бы многого добиться.
— Или восстановить против себя весь мир. Кто скажет?
Мы снова замолчали, размышляя каждая о своем.
— Я закончил, — сказала она, наконец.
Я осмотрела шов — на мой неискушенный взгляд стежки выглядели идеально.
— А где учились вы?
— В Граяне.
«И ваши родители не протестовали?» — хотелось мне спросить. Но не следовало лезть не в свое дело. Мы не подруги и уже не станем ими.
— Правда, что там советуют втыкать иглу в сальную свечу?
— Правда, — ответила она без улыбки. — Но я проводил сравнительный анализ, и подобный метод увеличивает вероятность нагноения ран.
— Еще бы он не увеличивал, — буркнула я себе под нос.
Накрыла ладонями рану, снова проверив внутренности.
— Я ограничил воспаление, — сказала хирург.
Глава 27
Генри унесли, его сменил лорд Коннор. Устроился на стуле, и я занялась им, пока Краун зашивала боцману резаную рану на плече.
— Тараном по вам, что ли, прошлись, — пробурчала я, сращивая лорду Джеймсу сломанные ребра.
— Почти, — скривился он. — Прыгающий камень. Не удержал. — Он помолчал и добавил: — Генри был прав, ваши молитвы действительно склонили всевышнего на нашу сторону. Нам невероятно повезло победить.
— Не богохульствуйте, — улыбнулась я.
Сейчас, когда я точно знала, что Генри будет жить, улыбка не сходила с моего лица, несмотря на усталость.
Кажется, моего дара сегодня хватит не на всех раненых. Может, и не стоило тратить его на пушечные команды, но, с другой стороны, вдруг помощь тех, кто смог снова взяться за оружие, и оказалась той соломинкой, что склонила чашу весов в нашу сторону?"
"— Ни в коем разе. — Он тоже попытался улыбнуться, но снова скривился.
— Как случилось, что капитана ранили? — переменила я тему.
— Этот муд… ублюдок… простите, Роджерс…
— Адмирал Роджерс, — вскинулась Краун.
— Не при леди будь сказано, каким местом он выслужил себе адмиральское звание, — рыкнул лорд Джеймс. — Еще раз простите, леди Белла. Словом, он объявил, что они сдаются — признаюсь, победа далась нам не иначе, как чудом. Капитан из уважения к противнику — хотя видит бог, никакого уважения этот убл…
— Не стесняйтесь, лорд Коннор, — сказала я.
