Попала в ловушку. Не могу думать ясно, ужас какой! Вижу, охрана уже на пороге и дочка весело играет в соседней комнате. Окна кабинета заклеены зелеными бумагами — как будто кто-то прячется. Стены и столы декорированы дорогою березой, стекла витражные, словно радужная нить. У Агурского денег на что угодно. Но почему именно моя дочь нужна его? Чем она может помочь? Это загадка....
Да и в этом бардаке требуется разобраться, - бросаю сквозь зубы. – Идти сможешь? – протягиваю жене руку.
Она неуверенно садится на скамейке и прикрывает глаза.
- Голова кружится. Сейчас я посижу минутку и пойдем. Нужно отменить занятие. Извиниться перед родителями.
«Поклониться им в ноги, блин! – чуть было не рявкаю я, а вслух замечаю.
- В такой ситуации какие занятия. Все люди нормальные и понимают…
Хочу еще что-то вставить о благородстве и милосердии, но в этот момент рывком открывается дощатая покрашенная дверь и в раздевалку влетает Лариса Петровна.
- Что тут происходит? Демина, почему не на занятии?
Смотрю на эту дуру и понимаю. Тут не о профпригодности нужно ставить вопрос, а об адекватности. Не соответствие занимаемой должности налицо. Кто ее вообще на эту должность поставил?
- Пойдем, - подхватываю жену на руки и молча несу к выходу. Толпа любопытных расступается в разные стороны. И спускаясь по ступенькам вниз, слышу как сзади топочет директриса и что-то выкрикивает в свое оправдание.
Даже слушать не желаю этот бред.
- Саня, Олег, останьтесь, опросите свидетелей, - велю раздраженно. Видит бог, я любого вколочу в стену за Аньку.
- А кто вам позволил здесь распоряжаться? – возмущенно вопит директриса. – Вы не у себя дома, Глеб Александрович.
- У меня дома никто не бьет женщин, - отрезаю на ходу. – Хорошо, Лариса Петровна, - цежу неохотно и чувствую, как от злости сводит челюсти. – Я хотел обойтись малой кровью, но вы напросились…
- Что? Я не понимаю? – вскрикивает она.
- Скоро поймете. Готовьте веревку и мыло… Они вам пригодятся. Спускаюсь вниз и устроив Аню в Порше, сразу же звоню знакомым силовикам.
Рассеянно смотрю на сизое небо и спешащих людей и не могу справиться с подступившим отчаянием.
Как же это так! Жену не уберег!
Осторожно сажусь рядом с Аней. Обнимаю, позволяя откинуться мне на грудь и уложить голову на плечо.
- Пальто испачкаю, - шепчет жена, пытаясь отстраниться.
- Плевать, - роняю устало и, прижав к себе жену, прячу холодные ладошки в свои лапищи.
- Скорее всего сотрясение мозга, - бурчу как старый дед. – Придется тебе, моя дорогая, отлежаться…
- Да, - всхлипывает Аня. – Как же теперь дома показаться. Аська испугается.
- Затрем косметикой. Скажи что надо. Я отправлю человека…"
"- Глупости, - хнычет Аня и неожиданно затихает в моих объятиях.
- Аня, - зову тихонечко. И заметив побледневшее лицо, рявкаю опешившему Саньку.
