Автор
Какой смысл в идеалах, если они принадлежат другим? В академии все знают меня как (Не)идеальную девочку — всегда улыбающуюся, безупречно выглядящую и бесконечно общительную. Но сегодня моя голова кипит от внутреннего противоборства: ведь именно из-за таких вот идеалов я и чувствую такую нехватку. Головокружение взрывается в моей черепной коробке, будто землетрясение проникает прямо во мне....
В мои вены будто запустили лаву, которая яростным потоком распаляет огонь по всему телу. Внизу живота стягивается уже знакомый узел. Между бёдрами становится горячо и влажно, когда его пальцы лёгкими движениями начинают гладить спину, слегка касаясь. Одна рука проходится по шее, разгоняя электрические разряды по всем нервным окончаниям, и ложится на затылок. Он снова пробегает языком по стиснутым зубам.
— Впусти меня, — выдыхает мне в рот, — маленькая. Моя маленькая девочка…
И я впускаю.
Мы сплетаемся, танцуем, гладим, изучаем. То слегка соприкасаясь, то взрываясь в яростном сражении. Ладонь сильнее давит на шею, вынуждая выше поднять голову и принять его глубже.
— Моя девочка… Моя… Моя… — то ли рычит, то ли шепчет Северов, двигаясь губами по моей шее.
Клеймя. Оставляя ожоги. Слегка прикусывает горло и тут же проходится влажным языком. Его лёгкие работают на износ: так тяжело он дышит.
— Артём! — вкладываю в его имя все свои чувства, эмоции и желания.
— Какая же ты сладкая. Хочу тебя. Блядь. Всю хочу. Прямо сейчас. Пиздец как хочу. — хрипит, снова забирая в плен мои губы.
Сжимает в руках шнуровку корсета, сильнее стягивая и без того стиснутые рёбра, лишая слабого дыхания. Перед глазами расползается темнота. Окутывает сознание.
— Пожалуйста, Артём… — отпускаю с этими словами последний выдох и проваливаюсь во тьму.
Глава 9
Если у нас всего одна ночь, то пусть она не заканчивается
Едва Миронова сваливает со своей подружайкой наверх, как я опрокидываю в себя шестую, за последние минут двадцать, рюмку водки. Наверное, стоит сказать Тохе спасибо, что тормознул, когда я уже поднимался за ними по лестнице. Иначе не избежать беды.
— Бля, да тормози ты уже, Тёмыч! — завывает Арипов старую песню.
