Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
И эротические фантазии нахлынули с нестерпимой силой. Сейчас Нина снимет нижнее белье, выйдет к нему в одном халате, в босоножках на высоком каблуке, поведет плечами, и это шелковое одеяние долго будет стекать на пол. Долго, потому что ноги у нее бесконечно длинные. И невероятно красивые…
Но Нина вышла к нему в спортивном костюме. Она и в нем выглядела эротично, но все-таки халат больше пьянил воображение.
– А то Дима придет, а я в халате. Ему это не понравится.
– А что, под халатом ничего не было?
– Федор, ну как тебе не стыдно? – кокетливо смутилась она.
Ну вот, уже на «ты» и по имени. А ведь она еще даже не выпила…
– А что я такого сказал? Если под халатом что-то было, зачем Диму бояться?.. А ты его боишься?
– Я? Да нет, не боюсь…
– Отлично, тогда давай выпьем, чтобы жены не боялись своих мужей!
Он выпил до дна, но Нина сделала лишь маленький глоток.
– Но мне кажется, что ты Диме еще не жена.
– Пока нет.
– А за Рычагова замуж собиралась?
– Нет. Он же законный вор, ему нельзя жениться.
– И ты это знала?
– Да.
– И где ты с ним познакомилась? На блатной «малине?»
Шурин представил воровскую компанию за накрытым столом: дым папирос, гитара, блатные песни. Пьяная Нина сидит на коленях у пахана, юбка короткая, ноги обнажены. Рычаг щекочет ее за одно место, а она вульгарно хохочет, как последняя лахудра…
– Нет конечно! – засмеялась она. – Все произошло очень даже романтично. Мы с Янкой шли на дискотеку, Глеб подъехал к нам на своей «Волге», пригласил в ресторан.
– Он сам сказал, что у него мафия?
– Прямо не говорил. Но говорил, чем занимался. Цеховиков данью обкладывал, кооператоров. Нормальное дело, – совершенно спокойно сказала Нина.
– Ты думаешь?
– Глеб говорил, что так принято. Если у тебя бизнес, то ты должен делиться. Если ты слабый, то тебя может обидеть сильный.
– Да это уже философия! – засмеялся Шурин.
– Может, и философия. Только это не мои слова, а Глеба. Да и Дима рассуждает так же…
– Потому что Дима занимается тем же, чем и Рычаг. Ты жила с Рычагом, теперь ты живешь с Димой. Почему? Может, это судьба у тебя такая, жить с сильными мужчинами?
– Может, и судьба, – пожала плечами Нина и сделала несколько глотков из фужера.
