Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
А он может окружить ее и лаской, и вниманием…
Глава 27
Был человек, и нет его. Остался только меловой силуэт и посыпанное хлоркой пятно от вытекших мозгов. Шутка ли, с девятого этажа вывалиться… Труп уже увезли, оцепление снято, и только меловый контур напоминает о вчерашней трагедии. Дежурный следователь уже сделал предварительное заключение. Самоубийство. Только что-то Ревякин не верил в это. И Богдан тоже. Поэтому они здесь. Потому и поднимаются на этот самый девятый этаж, чтобы выяснить подробности.
– Кто там? – послышался из-за двери знакомый голос.
– Милиция.
Щелкнул замок, открылась дверь, и Богдан увидел знакомое лицо.
Нина выглядела устало. Что вовсе не удивительно. Тяжелая ночь ей выдалась, и с представителями правопорядка пришлось пообщаться, а тут еще добавка в виде двух оперов. Илью и Богдана не уполномочивали заниматься этим делом, поэтому девушка могла смело послать их далеко. Но врожденная вежливость не позволяла ей этого сделать.
– Ну, вот мы и нашли вас, Нина, – грустно улыбнулся Ревякин.
– А вы меня искали? – распахивая перед ними дверь, спросила она.
В квартире порядок, все на местах, но неуютно. И натоптано здесь, и зеркала белыми простынями завешаны. И где-то бродит неприкаянная душа Димы Ковалькова.
– Да, с момента нашей первой встречи… Это мы посоветовали Диме увезти вас от Ры… От Глеба, скажем так, Батьковича, – усаживаясь на диван в гостиной, сказал Ревякин.
Богдан садиться не торопился. Ему бы квартиру осмотреть, вдруг что интересное найдет. Но пока лучше не суетиться.
– Помните историю с Карлсоном?..
– Да, конечно, – покраснела Нина.
– Извините, наверное, это сказано не к месту, – спохватился Ревякин.
Действительно, некстати сказано. Ведь Ковальков, как тот Карлсон, вылетел из окна. В штанишках, на которых не было моторчика…
– Тогда второй этаж был, а сейчас… Видно, судьба, – вздохнул Илья.
– Какая судьба? – с беспомощным возмущением посмотрела на него девушка. – О чем вы?
– Рожденный ходить летать не может. Это закон природы. А судьба в том, что круг замкнулся.
