Автор
В Америке во время войны Дэвид находит способность воспринимать даже незначительные изменения в ветре. Его взгляд прорывался через проступки окна, где он угадывал ее silhouette — девушку-сирену, зажигаемую звездами и мерцанием свечей. Эта книга о любви, силе ветра и неповторимых переживаниях войны....
— Если отец ребенка — индеец, но не Ястреб, тогда…
Сабрина напряглась, не поворачиваясь и опустив голову.
— Совершенно очевидно, что ребенок мой, — заявил Слоан Трелони.
— О Боже! — воскликнула Скайлар. — Слоан, тебе незачем брать на себя такую ответственность, если произошла ошибка…
— Ребенок — мой, — повторил он.
Это правда, поняла Шона. Она прочла подтверждение в глазах Сабрины, устремленных на нее.
— Сабрина, пожалуйста, прости меня… — снова заговорила Шона и осеклась, поскольку в комнате находился еще один человек, тот, о присутствии которого она чуть не забыла…
Дэвид.
Без бороды, облаченный в черные бриджи и черную рубашку с длинными рукавами, Дэвид подошел и встал с ней рядом. Помедлив, он склонился и подхватил ее на руки, не обращая внимания на то, что Шона, обезумевшая от ужаса, уперлась ладонью ему в грудь.
— Похоже, пришло время поговорить наедине, — заявил он. — Правда, поздновато — мы уже ухитрились выдать все чужие секреты и чуть не разрушить брак моего брата.
— Я не хотела… — начала Шона.
— Мне требовалось присутствие брата и Слоана — ибо, если не считать полумесяца на затылке, этот мальчик — вылитый Мак-Гиннис, а я должен был заставить тебя понять: нельзя отрицать того, что он — Даглас. Но теперь… продолжать битву можно наедине. Слоан, Сабрина, Ястреб, Скайлар, прошу нас простить.
Она вырвалась из рук Дэвида, как только они покинули комнату, и направились по коридору и лестнице к башне.
— Лорд Даглас, я рада, что ваш разумный и рассудительный брат встретил добрую и любящую девушку, но в особенности тому, что между ними установились нежные отношения, на которые вы, по-видимому, неспособны.
— Каждому свое.
— Я не пыталась разрушить его брак, не хотела причинить вреда и Сабрине…
— Ты только готова была уничтожить собственного ребенка, чтобы сохранить честь рода Мак-Гиннисов?
— Нет! — вскричала она. — Я ничего не знала! Клянусь тебе, не знала!
— Так ты отрицаешь, что это наш сын?
— Нет… не знаю. Не может быть… правда, мальчик… Господи, где он? — вдруг опомнилась Шона.
— Я позабочусь о нем.
— Ты? Но заботиться о нем должна я! Дэвид, ты утверждаешь, что это мой ребенок, и запрещаешь мне видеться с ним? Дэвид, скажи, где Дэнни? — отчаянно прошептала она.
Лицо Дэвида стало непроницаемым.
— В безопасности, — ответил он.
— Где в безопасности?
Дэвид склонился к ней.
— Вдали от всех, кто носит имя Мак-Гиннис.
Глава 21
Они достигли комнаты в башне, Дэвид закрыл и запер на засов дверь, прежде чем усадить Шону на кровать.
