Возвращение домой стало катализатором для Звягинцева. Он покинул грандиозный спортивный клуб в Москве, чтобы вернуться в маленький городок Михайловск, где его сердце и душа всегда находились. В каждом окне экспресса «Москва-Михайловск-Лиловск» виднелись знакомые фермы и ухоженные парки — миры, которые казались медленнее, чем жизнь вне этих стен....
Лучше бы мы играли утром или днем, ей богу! Не пришлось бы ждать. Но наверху решили, что пятничным вечером советским гражданам сам бог велел посмотреть нашу игру с «Кардиффом». Прийти с работы, собраться тесным кругом и надорвать глотки, охрипнуть от ругательств…
Такую перспективу рисовали футбольные эксперты, и мы просто перестали их читать и слушать. Если киевскому «Динамо», разгромленному «Челси» со счетом 2:6, как раз-таки прогнозировали пятьдесят на пятьдесят, то нам пророчили стопроцентное поражение.
После того, как киевлян буквально разорвали лондонцы, мы разбирали игру у доски, где Димидко показал, как и кто играл, где и какие были ошибки. Правда, никаких фатальных ошибок у динамовцев не было. Просто «Челси» оказались сильнее. Давили, давили и додавили.
И еще было море возмущений, что страну обрекают на позор, выставив какой-то захолустный «Титан», и только чудо нас спасет. Причем возмущались болелы, которые совсем недавно меня превозносили.
Так что утро началось не то чтобы мрачно — хуже.
Чудо, говорите? Оно у нас есть. Целых два чуда и благословение Фортуны. Правда, половина команды этого не знает, и как их убедить, я без понятия. А особенно паникует Димидко, ну просто как школьник на экзамене. Придется Тирликаса на него спускать."
"Про Промеса он сказал, что парень попросил убежища в посольстве и был тайно переправлен в СССР, потому что он увидел свою смерть.
С Энн мы больше не пересекались. Мало того, убийства одаренных прекратились. Или просто предатель ушел в тину, чтобы не подставлять своих? Подумалось, что Промес тоже из наших, а потому он в опасности, но наверняка за ним присматривают.
Или он вернулся и решил не навлекать на себя подозрения… Нет, не хочется о нем думать плохо.
Попинав мяч, мы собрались в столовой, я осмотрел бойцов: все как в воду опущенные. Как десантники, которые вынашивают прощальное письмо матери.
