Возвращение домой стало катализатором для Звягинцева. Он покинул грандиозный спортивный клуб в Москве, чтобы вернуться в маленький городок Михайловск, где его сердце и душа всегда находились. В каждом окне экспресса «Москва-Михайловск-Лиловск» виднелись знакомые фермы и ухоженные парки — миры, которые казались медленнее, чем жизнь вне этих стен....
Димидко так вовсе по сторонам не смотрит, только в тарелку с долмой — кавказскими голубцами в виноградном листе.
— Ну что, други, страпоны и вазелин взяли? — не удержался я и проговорил заупокойным голосом.
Все бросили есть и посмотрели на меня. Я развел руками:
— Ну вы же крест на себе поставили. Да и смысл позориться, может, лучше снимемся с игры. Сан Саныч, можно такое провернуть.
Димидко выпучил глаза, раздул ноздри и даже немного покраснел, а я на полном серьезе продолжил вещать:
— Ну а что, просто сдаваться — позор.
— Ты совсем долбанулся? — прорычал Димидко.
— Нет, ну а что? Соперник сильнее. Так? А мы — маленькие и слабые, только из яйца, ой, из Второй лиги вылупились, и точно проиграем. Смысл барахтаться? Нервы целее будут, да и нервы болел побережем, они нам спасибо скажут.
Пришел Тирликас, уселся во главу стола, прислушался к моей речи. Похоже, только он с Микробом и понял, куда я клоню и зачем несу этот бред.
Погосян постучал себя по голове.
— Совсем охренел?
Колесо аж жевать бросил, глядел на меня так, словно впервые увидел. Остальные кривились или тихо ярились, лишь лицо Клыка оставалось каменным.
— Нет, товарищи, это не я охренел, это вы охренели. — Я бросил вилку на стол, прозвенев, она упала на пол. — Сопли развесили, к закланию приготовились. Посмотрели на себя со стороны? Понравилось?
Микроб проблеял по-овечьи, а потом сказал:
— Мужики, прекращайте.
— Вспомните, как они наших в Англии валяли, — напомнил я. — Вы что же, просто штаны спустите — имейте нас? Сами ж отомстить рвались. Мстители, блин, диванные. Я знакомую свою из Англии когда в больницу возил… О видели бы вы, как перед ней все скакали, если бы не я, задницу так зализали бы, что в туалет не могла бы сходить. Они — такие же. Выигрывать у них — можно! Да, легко не будет, да, нахрапом таких лосей не возьмешь, но хитростью — вполне.
Тирликас встал и зааплодировал.
— Порвем их! — Микроб вскинул кулак.
Левашов его поддержал:
— Броня крепка, и танки наши быстры!
Микроб подпел:
— Громят врагов «Титана» футболисты, своей великой Родины сыны!
— Это ж новая кричалка! — оживился Колесо. — Что угодно можно подставить: громят «Спартак» «Титана» футболисты…
— Сан Саныча и Родины сыны, — закончил Микроб.
Напряжение спало, мы рассмеялись. Я будто бы вскрыл гнойник.
