Рокотов замирает на секунду, но снова продолжает шагать в сторону моей спальни.
Я что, сказала это вслух?
О-о-о… Чувствую, как щеки начинают гореть от румянца. Я готова провалиться сквозь землю.
— Отпусти, — хриплю.
— Мы почти на месте, потерпи еще чуть-чуть.
— Да отпусти же, кому говорю, у меня ничего не болит.
Он останавливается в паре метров от двери в мою спальню, но все еще продолжает держать меня на руках.
— Как это не болит? — Его голос сквозит недоумением.
Ну чего он такой непонятливый, а? Объясняю:
— Я соврала, что подвернула ногу.
Рокотов наконец-то опускает меня на пол. Повышает тон, грозно и осудительно припечатывает:
— В смысле соврала? Зачем? Ты в своем уме? Мы с Вайсманом как раз подошли к важной теме, а теперь они уехали!
Мне становится обидно до слез. То есть это я виновата, что мы отвратительно подготовились? Ему бы радоваться, что не спалились.
— Я-то в своем уме! — фырчу и упираю руки в боки. — Что мне еще оставалось? Наталья попросила меня показать твою библиотеку, а я понятия не имею, где она находится! Вот и выкрутилась, как сумела.
— Не могла придумать что-нибудь другое? Как тебе вообще это пришло в голову? — гремит Рокотов.
У меня начинает дергаться левое веко от такого наезда.
Так и пришло, блин! Не зря же я в свое время пересмотрела кучу романтических комедий, где героини очень часто неуклюжие, неловкие и очень вовремя падают в объятия кавалеров. Вот эта мнимая неуклюжесть и сыграла мне на руку.
И вообще, это мне вместо «Кира, какая ты умничка, как ловко выкрутилась»? Вот свин неблагодарный!
— Мог бы и спасибо сказать! Пойми Наталья, что я не в курсе, где твоя библиотека, вышло бы куда хуже, не считаешь? Мы за малым не проколись. И не по моей вине! Взять хотя бы этот салат.
— Такой! С грецкими орехами. У меня на них аллергия. Но ты, конечно, об этом не знал. Круто вышло — подавать к столу блюда, на которые у невесты аллергия. Огонь вообще!
— Учту, — серьезнеет Рокотов.
— И ты, — продолжаю бушевать я, — сам хорош, зачем про свадьбу эту чушь наплел, а?
— Как раз это совсем не чушь. Все в рамках нашей легенды. Одно дело — невеста, а другое — почти жена. Так Вайсман будет более сговорчивым. По-моему, это очевидно.
Рокотов смотрит на меня с нотками снисходительности. Мол, могла бы и догадаться.
— И ты зря так бурно реагируешь, в конечном счете все прошло хорошо, как я и говорил. Напрасно боялась.
Я громко выдыхаю. Дыши, Кира. Он непробиваем. Как об стенку горох.
Он правда не понимает, почему затея со свадьбой может выйти нам боком? Лично мне сразу это пришло в голову.
Спешу поделиться соображениями:
— А ты не подумал, что, раз Вайсман в курсе моего увольнения, может проверить и то, как я готовлюсь к свадьбе? То-то он удивится, что это вранье.
— Разумеется, подумал, — ухмыляется Рокотов.