Автор
Ранним утром июня в Сан-Франциско наступала тихая непредсказуемость: скатерть с молоком заливалась ковром. Лотти Сталлен, пытаясь оправдаться, не замечала разъяренного Герберта Мосли. Вместе они создавали неловкий атмосферу, переполнявшую пространство дома — будто тайное знание обрушивалось на простые вещи и чистоту дамаста....
И это приводило его в восторг.
— На борту немногие станут интересоваться, где это вы задержались, — сказал лорд Листер, когда они подходили к берегу. — Кейт решила, вы не захотите, чтобы пассажиры знали, что задержало вас в поселке, и они думают, что вы просто помогли, чем смогли.
Лилли заметила у поручней «Каски» Мариэтту, Эди и… Счастливчика Джека.
— Я хочу вам кое-что сказать, прежде чем мы поднимемся на «Каску», — торопливо сказала она Рингану, когда лорд Листер ушел немного вперед. — Я хочу… извиниться.
Встретившись с ней взглядом, он поднял брови — Извиниться? Даже не представляю, за что вам передо мной извиняться. — Его серые глаза, обычно ясные и спокойные, теперь потемнели от удивления.
— Вас очернили передо мной, когда мы плыли на «Сенаторе», — сказала она, удивляясь, как вообще могла позволить этому навету повлиять на ее отношение к Рингану. — Эти люди поступили так ненамеренно, они лишь делились сведениями, которые считали правдивыми. Я до конца в это и не поверила, когда мне сказали, но теперь я знаю, что в них вообще не было ни слова правды.
Лорд Листер уже сидел в лодке, которая должна была отвезти их к пароходу.
Ринган остановился, не отрывая от Лилли взгляда.
Вспотевшая, с растрепавшимися волосами, с засученными рукавами, она показалась ему самой красивой женщиной на свете. И он не мог понять, почему она полюбила такого никчемного человека, как Джек Кулидж.
— — Если вам сказали, что я сидел в тюрьме, то это, к сожалению, правда, — медленно проговорил Ринган, думая при этом, есть ли еще в мире глаза такого же голубого, как незабудки, чистого, ясного цвета.
— Бога ради, поторопитесь же! — нетерпеливо крикнул лорд Листер. — Мне бы не хотелось ближайшие два дня стаптывать сапоги!
Они не обратили на него внимания.
— Нет, речь шла не об этом.
Под лучами солнца его волосы отливали золотом и медью, и Лилли разглядела, что его длинные ресницы на концах темно-каштановые, а у корней совсем светлые.
— Я знала об этом еще до того, как вы спасли Лео, — сказала Лилли, удивляясь, почему это она считала рыжих мужчин непривлекательными.
"Он замер. На соседнем кусте затеяли перепалку, две птицы.
— Этот человек сказал, что вас осудили за убийство, — просто сказала Лилли. — Но я знаю, что вы никого не могли убить. И даже если кто и умер от ваших рук, то это была случайность.
— Ну скорее же! — воззвал лорд Листер, когда с «Каски» раздался пронзительный свист.
