Автор
Лютый день. Я бежал без устали, шагая по мартовой грязи, где каждая тряска сапога приближалась ко злу. Кровь стекала по шее, и ветер нес дрожь и страх за пределы города. Адвокат жестоко вынес обвинение, и мое тело подчинялось закону до самой судьи.
— Он дал мне опору, и я быстро поправил свои дела, — усмехнулся папа. — В нашем деле репутация и слухи значат даже больше, чем количество нулей на счёте. Слово Носова, и я снова на коне.
— Ему нужно было, чтобы ты и дальше проводил его деньги по своим каналам, — догадалась я.
— И без комиссии, — кивнул папа. — Но… сделка сорвалась.
— Свадьба отменилась, — прошептала. — Как я рада этому.
— Никогда не думал, что скажу это, — тихо признался отец, — но и я рад. Носов бы стал единоправным владельцем этого города. Меня, скорее всего, уже бы не стало.
Я обхватила себя за плечи и, дрожа, пробормотала:
— Зачем Носову тебя убивать? Ты бы стал его родственником…
— И других наследников у меня нет, — жёстко усмехнулся отец.
Я замолчала, пытаясь переварить откровение папы. Оставались вопросы… Например, зачем Носову был нужен проигрыш Берегового, но я не была уверена, что готова к новым ответам.
— Поэтому, — холодно закончил отец, — какими бы ни были наши отношения, мне придётся вести дела с Носовым.
Я с трудом выбралась из кресла. Колени подгибались, голова кружилась, но я выпрямила спину и кивнула:
— Ясно. — И, направляясь к выходу, тише добавила: — Спасибо, что рассказал.
— Сожалею, — донеслось мне в спину.
Держась за стену, я вышла из кабинета и, осторожно спустившись по лестнице, направилась на кухню.
— Доброе утро, — улыбнулась Ира. Зарумянившаяся, она лепила пирожки с мясом.
— Не видела Алексея? — перебила я.
— Он недавно вернулся, — непонимающе нахмурилась Ира. — Привёл вашу лошадь. Ту, что беременна… не помню кличку.
— Агата, — кивнула я и улыбнулась: — Вот куда он ушёл. А сейчас где мой муж?
— Поднялся в комнату той девушки, что привезли вчера, — весело ответила Ира.
Сердце ёкнуло, в груди заклубилась чернота. Опять?!
Глава 18
Лютый
Ночь выдалась холодной, ветреной и снежной. Такой злой, что конюшня трещала по швам, а мы еще первую половину не отремонтировали.
Отчего-то хотелось улыбаться. Оттого, как она кончила, стоило мне войти. Как она уснула, доверившись моим рукам.
