Автор
В книге "Невинная для Севера" читатель оказывается среди охранников Северного причала из-за глупой любви без памяти. Пораженная судьбой, героиня неуклюже старается объяснить происходящее, пока ее продолжают грубо брать и игнорируют настырный второй охранник.
Взгляд плывет, и я с удивлением понимаю, что лаской можно добиться куда большего эффекта.
Она так чутко реагирует на каждое прикосновение. Так искренне и откровенно, что мозги утекают куда-то в трусы.
Член болезненно ноет, но я понимаю, что учитывая мои размеры, ей будет непросто в первый раз. А еще что мне будет мало одного раза.
Не знаю, чем это обернется, но я не хочу отпускать бедовую девочку.
Моя она будет. Точнее, уже. Моя.
Избавившись от белья, я наконец прикаюсь губами к ее груди. Мягкой, нежной коже.
Острые соски — отдельный вид кайфа.
Алина стонет, когда прикусываю один, затем второй. Она всё больше расслабляется и забывает про стеснение.
И я ловлю себя на мысли, что она очень чувственная и страстная. Просто это сокровище надо еще раскрыть. Обучить.
Еще сегодня утром у меня не было долгоиграющих планов, но сейчас я ясно понимаю — не отпущу. По крайней мере, в ближайшее время.
Она нужна мне. Точка.
Стоит нажать чуть сильнее на нижнее губы, и Алина вскрикивает. В ее глазах — возбуждение, но еще там и страх.
Снова целую, жадно пью ее дыхание, не давая ни единой возможности очнуться от марева желания и похоти, что захлестывает нас с головой.
В этот отдельно взятый момент весь мир может пойти на хер — мы слишком заняты происходящим.
Алина слишком узкая, и нам явно будет сложно. Но терпеть реально становится сложно.
— Ты не разденешься?
Я даже не сразу улавливаю смысл ее вопроса. Только тут доходит, что увлекшись ею, я сам как-то позабыл раздеться. И в целом это не проблема — достать член из брюк.
"В комнате горит приглушенный свет и мало что можно разобрать, но Алина шокировано смотрит на мой член, испуганно пытается отползти. Я вовремя ловлю ее и гашу любые попытки возразить или передумать.
Нет уж. Я дорвался до тебя, детка. И теперь без вариантов.
Оттягивать неизбежное можно долго, но итог-то один — к боли не подготовишься, ее не избежать.
Резкий рывок — Алина крупно вздрагивает. В ее глазах шок и слезы. Из последних сил торможу себя, напоминая, что нужно быть аккуратным.
— Это… Так…
— Тш, потерпи. Расслабься, давай, вот так, девочка, — шепчу, покрывая ее лицо поцелуями. Слизываю соленые слезы, стараясь отвлечь. Ласкаю между ног, безошибочно находя клитор.
Алина слишком зажата, и требуется время, чтобы она снова смогла дышать не рвано, а полной грудью.
