Автор
В глубоких провалах подземелий скрываются тайны и магия. Каждое поколение потомков одного из них обязано служить дьяволу, обнажая желтые кошачьи глаза — признак сверхъестественной силы. Но однажды родится человек, наделенный невиданным могуществом: это откроет новую эпоху в истории зла и верности. И пока они не найдут место Тенгеля Злого — их проклятие будет вечным....
— А ты хочешь?
— Я не знаю. Я думаю только, что Доминику, возможно, нужен брат или сестра, пока разница в возрасте еще не такая большая.
— Да, возможно, ты прав, — смущенно произнесла она.
Руки ее дрожали. Когда-то их обоих вынудили разделить ложе. Она теперь уже не понимала, как все это произошло, она ведь была тогда такой юной, да и он был совсем другим. Она понимала, что у них должна быть общая спальня, но она приходила в панику всякий раз, когда у нее появлялась возможность осуществить это. И вот теперь он сам заговорил об этом.
Хочет ли он овладеть ею? Или же он сказал это, чтобы угодить ей?
Прощупывать, просматривать, измерять чужие мысли, пытаясь выявить чужие желания и не осмеливаясь при этом вслух задавать вопросы… Похоже, это было их вечным уделом. Но внезапно мысли их сошлись, когда Микаел сказал:
— Анетта, мы ведь муж и жена. Разве мы не можем откровенно поговорить о … — и он закончил со смиренной горечью, — о всякой всячине?
Слабый отсвет юмора появился на его серьезном лице и тут же угас.
— Мы так пугающе далеки друг от друга.
— Да. Я не могу… ничего с этим поделать.
— Я знаю. Что ты, собственно, думаешь обо мне, Анетта?
— Я совсем не знаю тебя.
— А что ты хотела бы узнать? Я могу попытаться обрисовать себя самого, если это тебе, конечно, интересно.
— Конечно, я… Нет, я не могу спрашивать тебя об этом, — смущенно произнесла она.
Микаел улыбнулся.
— Ты что-то заметила во мне?
Она так растерялась, что глаза ее наполнились слезами.
— Нет, ничего.
— Ладно, — сказал он и положил руку на ее ладонь.
"— Когда-то давно у меня была подруга, — сказала она. — Давным-давно. Но я не могу говорить об этом с тобой, даже если речь идет не о моем мнении.
— Может быть, тебе нужно это сделать? Возможно, мы будем лучше понимать друг друга?
Ее взгляд, обращенный к нему, ясно говорил: «И что в этом хорошего? У меня нет ни малейшего желания понять тебя. Но в следующий миг ее лицо выражало уже угрызения совести.
Прикусив губу, упершись локтями в спинку дивана и выдавив из себя громкий всхлип, она сказала:
— Моя подруга утверждала, что… у мужчин гораздо больше потребность в… в том, что бывает свадебной ночью. Мне кажется, это звучит отвратительно! Но мысль об этом пугает меня. Это правда?
Микаел вздохнул.
— Откуда я могу знать, что мужчины больше в этом нуждаются, чем… Возможно, это и так. Я не знаю.
