В тени унывающего леса ждет неуловимый мрак, а над головой Беатрис светит яркий огонь желанных пламенек. Сверкающая слезинка на щеке графини — как нежный цветок кактуса в безвоздушной пустыне, выжимая последнюю каплю чистого солнца.
В городе не принято было быстро скакать на лошадях по улицам, так как пешеходы переходили дорогу там, где им вздумается. Его черный, здоровый, высокий жеребец полностью оправдывал свою кличку - Тайфун, и каждый гольден, заплаченный за него. Причем он заработал их сам, не взял у отца на покупку. Работал он все прошлое лето у Айлин на лесопилке кем придется - и десятником, и рабочим и даже возчиком бревен от места подъёма. В общем, за лето так накачался, такие мускулы нарастил, что даже здоровяки, братья МакКиноны, позавидовали, когда осенью они все вместе двинули в Патруль.
А пока Тайфун, изящно перебирая стройными ногами, стремительно нес его в направлении родного дома в Дейтоне. Он уже приехал более половины пути, оставалось только пересечь выступ Аурелии, а там вскоре и Дейтон. Нападение бандитов на одинокую телегу с женщиной он увидел издалека. Съехав в придорожные кусты, он подобрался ближе. Подлесок тут был густой, никто внимания на его передвижения не обратил, и Чарли легко мог проехать опасный участок.
Вздохнув, он поднял арбалет, который всегда был под рукой, как и запасные болты к нему.
Как и рассчитывал, пока разбойники, застыв на месте, пытались осознать, что произошло, он успел сделать второй выстрел и, повесив бесполезный сейчас арбалет за спину, с громким кличем их Патруля, вылетел из кустов.
