Автор
В комнате столько тишины, что можно услышать собственное сердце. Хью в белой футболке спит на кресле, но даже громкий шлепок не разбудит его — лишь ядерная боеголовка могла так сделать. Стефан ловко бросает хлопковую салфетку обратно, и Хью резко прыгает в изумлении: смех настолько чужд для этого мира, что он почти не признает его своим собеседником....
Она сделала маленький глоток, затем еще, и снова закашлялась. В горле было сухо, виски ломило, а голову железным обручем стягивала боль.
– А что ты здесь делаешь? Я ведь не пришла на свидание.
Джеймс громко хмыкнул, не разделяя игривого настроения, затем костяшками пальцев осторожно погладил ее по щеке. Такая легкая ласка, но так о многом говорившая.
– Как ты? – наконец спросил он, снова обретая голос. В последние несколько часов Джеймс вел только монологи и исключительно в собственной голове.
– Лучше ты скажи мне, как я.
– Давай, позову врача.
– Нет, после.
– Ты четыре дня не приходила в себя, – начал он. – Сильно ударилась головой – двенадцать швов на затылке.
– Выгляжу ужасно, да?
– Прекрасно, – улыбнулся Джеймс и продолжил: – А еще у тебя сломано четыре ребра и рука.
– А ноги? – встревожилась Аврора.
– Ноги целы.
Она облегченно выдохнула: ребра и руки – ерунда, а вот ноги!
– Ты знаешь, я тут подумала, пока спала… Может, мне открыть танцевальную студию?
Джеймс рассмеялся, сначала тихо, затем в полный голос.
– Всё, что захочешь, только не засыпай больше так надолго. – Его смех быстро оборвался, и он уже серьезно сказал: – Не делай так больше.
– Не буду, – пообещала она.
Джеймс ласково погладил ее по волосам, боясь причинить боль, но не имея мочи отказать себе в этом крохотном миге близости. Они так давно не были вместе, и он так боялся, что уже никогда не будут.
– Прости меня, – шепнул он, вкладывая в два слова все свои ошибки. – Я был таким дураком.
– Ты не дурак, ты – перфекционист, – пыталась шутить Аврора, но потом серьезно добавила: – Сделать так, чтобы все и всегда были счастливы, не в твоих силах, увы. Пообещай мне, что больше не будешь стремиться неровное сделать ровным."
"– Обещаю. – Джеймс принял это, наконец понял, что выстраивать удобную, идеальную жизнь и жить по-настоящему – разные вещи. – Неровное не значит неправильное, – с улыбкой констатировал он.
– Точно, – отозвалась Аврора.
– А теперь расскажи: что с тобой произошло?
Аврора открыла рот, но мысли смешались, мешая вычленить главное: с чего начать?
– Я пошла к отцу, а там твоя мать, потом встретила Джонатана, и мы пытались поговорить, а потом меня сбила машина.
Глаза Джеймса тут же полыхнули бешенством, и если бы Аврора могла, то обязательно взяла бы его за руку, чтобы успокоить, но пока она могла только говорить:
– Нет. – Она покачала головой. – Никто меня не толкал. Это несчастный случай.
