– Тогда утром, – поправился укрощенный Дэниел.
– Сначала география… нет, не остров Мэн, – громко объявила она, когда три головы рассерженно повернулись в ее сторону. – Потом арифметика, и наконец, мы сосредоточимся на литературе!
– Мой любимый предмет! – обрадовалась Харриет, садясь рядом с Френсис.
– Знаю, – кивнула мисс Уинтер с благодушной улыбкой. – Поэтому прибережем его напоследок. Это единственный способ удержать ваше внимание на целый день.
Харриет глуповато улыбнулась и тут же просияла:
– Может, почитаем одну из моих работ?
– Вы знаете, что мы изучаем исторические хроники Шекспира, – ответила мисс Уинтер извиняющимся тоном. – И…
– И что? – нетерпеливо спросила Френсис.
Мисс Уинтер оглядела Харриет. Потом – Дэниела. И когда он уже начал чувствовать себя агнцем перед закланием, снова повернулась к Харриет:
– Вы привезли с собой свои пьесы?
– Конечно. Я никуда не езжу без них.
– Никогда не знаешь, в какую минуту возникнет возможность поставить пьесу на сцене? – съязвила Элизабет.
– Именно, – спокойно ответила Харриет, игнорируя издевку или (Дэниел посчитал, что это более вероятно) просто не заметив ее. – Но больше всего я боюсь пожара.
Дэниел знал, что не стоит спрашивать. Но не смог сдержаться.
– В доме, – подтвердила она. – Что, если Плейнсуорт-Хаус сгорит дотла, пока мы здесь, в Беркшире? Весь труд моей жизни погибнет!
Элизабет презрительно фыркнула:
– Если Плейнсуорт-Хаус сгорит дотла, уверяю, у нас будут куда большие проблемы, чем потеря твоей писанины.
– Сама я боюсь града, – призналась Френсис. – И саранчи.
– Вы когда-нибудь читали хотя бы одну пьесу своей кузины? – спросила мисс Уинтер с невинным видом.
Дэниел покачал головой.
– Они весьма напоминают эту беседу, – пояснила она, и пока он осознавал это, повернулась к подопечным и объявила: – Хорошие новости! Сегодня вместо «Юлия Цезаря» мы будем изучать одну из пьес Харриет.
– Изучать? – переспросила Элизабет с ужасом.
– Читать по ролям, – поправилась мисс Уинтер. – Харриет, можете выбрать, какую пьесу вы хотите читать.
– О боже, это будет трудно.
Харриет отложила вилку и прижала руку к сердцу, растопырив пальцы, как у кривоватой морской звезды.
– Только не ту, что с лягушкой! – яростно выпалила Френсис. – Потому что именно мне придется быть лягушкой.
– Из вас получится очень хорошая лягушка, – заверила мисс Уинтер.
Дэниел молчал, с интересом наблюдая за разговором, хотя его одолевало дурное предчувствие.
– Тем не менее, – шмыгнула носом Френсис.
