Автор
В дремучих лесах неожиданно открывается портал в некогда забытую эпоху, где каждое звено цепи привязано к судьбе целой планеты. Номер 19 — это история о связи между настоящим и прошлым, когда отступление неизбежно становится единственным решением.
Мне кажется… мы где-то виделись.
«Виделись. Двадцать лет назад, дитя», – с безысходной тоской подумал Рик.
– Извини. Эти маски не снимаются, – сказал он, пряча взгляд."
"– Николай, – шепотом повторила Ксения. – Не оставляй меня… мне страшно… Прошу тебя. Пожалуйста.
В конце коридора раздался лязг открываемых дверей.
«Прощай, дитя. И прости меня», – подумал Рик и, не оглядываясь, быстро зашагал к лифту.
Доверчивый взгляд Ксении жег ему спину, и глаза Рика были мокрыми от выступивших слез.
* * *На грудь что-то сильно давило, затрудняя дыхание, и Светлана, хватая воздух ртом, широко открыла глаза.
Отец сидел на ней скрючившись, словно огромный паук. Взгляд старика был голодным, губы блестели от слюны.
– Думала, что избавилась от меня, стерва? – дребезжащим голосом спросил Алексей Сергеевич, приставляя к ее горлу столовый нож. – Думала, со мной покончено?!
Он захихикал, обдавая ошалевшую от ужаса дочь зловонным дыханием.
«Он же парализованный!» – пронеслось в голове Светланы.
– Папа… не надо, папа, – захныкала она, безуспешно пытаясь спихнуть с себя внезапно ожившего родителя. – Не надо!
– Папа? – ухмыльнулся старик. – В последний раз ты называла меня папой год назад. После этого я от тебя слышал только «старый пердун» и «развалина».
Оскалив грязно-желтые зубы, Алексей Сергеевич с торжествующим уханьем всадил нож в живот дочери. Затем еще и еще. Из глубокой раны выплеснулся фонтанчик крови. От нестерпимой жгучей боли тело Светланы выгнулось дугой, искромсанный живот онемел, наливаясь огненным шаром.
– Довольна, тварь? – прошептал отец, извлекая нож из разверстой раны. По широкому лезвию текли струйки дымящейся крови. – Я давно мечтал это сделать с тобой…
Она села, вздрогнув от истошного вопля.
Потерла заспанные глаза, поймав себя на мысли, что источником крика была она сама.
Никакого чудом «ожившего» отца, разумеется, не было и в помине.
Светлана медленно огляделась, морщась от ноющей боли в затекшей шее. Еще бы, провести полночи на полу…
«Неплохие „колеса“ ты подогнал, Герман», – угрюмо подумала она, поднимаясь на ноги.
Налив из чайника воды в стакан, с жадностью его осушила.
И лишь только после этого вспомнила о Ксении.
– Контракт, – вслух произнесла Светлана, взглядом выискивая смартфон. – Чертов контракт.
