Добрый день, Софья Павловна, — распахнув калитку с декоративным камнем и арочками в высоком заборе, приветствовал девушку охранник. Здесь воздух кажется насыщенным свежестью и теплом, как будто дверь открывается в новый мир — необыкновенные райские кущи с невиданными растениями и живописными видами за горизонтом. Софья с интересом рассматривает пришельцев из этих экзотических уголков, где время кажется медленнее....
Я в этом нисколько не сомневаюсь хотя бы потому, что честно признавать свои ошибки способен только духовно сильный человек. Так что у правнуков моих будет отличный, просто прекрасный дед. Ну и сын мой, Алексей… — Вздохнув от безнадежной тяжести, она перевела взгляд-рентген на притихшего, видимо, надеявшегося отсидеться в сторонке и не попасть под материнский гнев Алексея Антоновича. — Давай, поведай нам, Леша, не ты ли навел интересантов на сокровище?
— Мама, ты что? — обескураженно пролепетал тот и делано-нервно хохотнул.
— А то, сынок, что твоя застарелая зависть к Павлу вполне могла толкнуть тебя на неблаговидный поступок. Сколько лет я вразумляла: не надо доказывать свою силу и свои достижения словами, злопыхательством и интригами! Любые настоящие успехи достигаются только делами, упорством и работой. Займись тем, в чем можешь реализоваться, и встань наравне с Павлом как деятель, а не как прожектер, тогда и соперничайте.
— Мам… да как ты можешь такое обо мне подумать? — растерянно произнес Алексей, потрясенный столь жесткой отповедью и подозрениями матери.
— Могу, сынок, — явно расстроившись, но все же твердо произнесла она. — Потому что много лет ты даешь мне повод так думать и давать тебе такую оценку.
— Ну подожди, бабушка, — воззвал к справедливости Владимир. — Мало ли кто и кому проболтался и сказал про эти сокровища? Ну, все люди, и все со своими слабостями. Ну сболтнули, похвалились, и что?
— Да ты что, дядь Вов! — перебила его неожиданно вступившая в разговор Дашка и, как бабушка только что, обвела собравшихся по очереди взглядом.
