В летнее сердце Лекады, в зале магистрата, весело светится Ти Сатоцци. Он приглашает женщину на танцы - уважаемую вдову и генерала, что вызывает интерес к их знакомству. Темное прошлое Середины остается недосказанным, пока она не решится открыть оно светло.
"
"— Ну и правильно, к хугам его, — сказал Итан, чуть усмехнулся, вздохнул как-то судорожно, с облегчением, крепче обнимая меня за плечи. Поцеловал у виска.
Подняла на него глаза. Такое серое уставшее лицо… и такая довольная улыбка.
— Я так ждала тебя, Тану.
Его улыбка стала шире.
— Я люблю тебя.
Он наклонился, поцеловал в губы. Долго и так голодно, словно ждал этого момента много лет, словно это было самым необходимым, самым правильным... и так хорошо. И вот где-то в тот момент, когда я готова была окончательно забыть обо всем, ребенок во мне шевельнулся, толкнул пяткой…
Итан почувствовал, фыркнул, весело.
Чуть оторвался, посмотрев на меня.
— Толкается! — довольно шепнул он.
И я вдруг испугалась. Я ведь так и не узнала ничего. Что мне сейчас сказать?
Почти паника. Если Итан подумал… если нет? Если он оттолкнет меня?
— Я… Тану… но… — губы дрогнули.
А он просто и уверенно прижал палец к моим губам.
— Ш-шш. Не торопись, — оглянулся. — Мы можем куда-то спрятаться, чтобы все не таращились на нас?
Улыбаясь.
Я кивнула. Только сейчас до конца осознала, что мы стоим тут посреди зала… Дара смотрит на меня, открыв рот, замерев с подносом в руках.
И щеки внезапно горят.
Надо взять себя в руки.
— Дара! — из последних сил попыталась говорить твердо и уверенно, быстро утерла выступившие слезы. — Справишься тут без меня? И скажи Олту, чтобы сварил кофе. Я… Пойдем…
Потащила Итана наверх, туда, где жилые комнаты. Он послушно пошел, держа меня за руку, не отпуская.
Но уже за дверью, на лестнице, снова сгреб в объятья.
— Я так скучал, Джу.
Жадно, с наслаждением, зарывшись носом в моих волосах.
— Подожди… но я должна сказать… Тану… а если этот ребенок Фаурицо? Если я…
Все было так быстро и неожиданно.
— Если? — удивился он, потерся колючей щекой о мой висок.
— Я не знаю.
Он хмыкнул мне в ухо, я скорее почувствовала, чем услышала это. Нежно погладил ладонью мой живот.
— То есть, могу быть и я? — почти недоверчиво.
Я кивнула, ответить не вышло.
— Тогда тем более, Джу, — тихо сказал он.
Искренне, в этом не было ни капли лжи или бравады, ничего напоказ, Итан действительно этого хотел. Он обнимал меня, не отпуская, я чувствовала его горячие пальцы. Чувствовала, что нужна ему, так удивительно…
— Подожди, Тану… что ты говоришь?
Он коснулся губами моего лба, заглянул мне в глаза.
