В летнее сердце Лекады, в зале магистрата, весело светится Ти Сатоцци. Он приглашает женщину на танцы - уважаемую вдову и генерала, что вызывает интерес к их знакомству. Темное прошлое Середины остается недосказанным, пока она не решится открыть оно светло.
И совершенно глупая мысль: «по крайней мере, не на расстрел». Я даже невольно улыбнулась, и Леффо передернуло.
— Как вы попали сюда, ти Сатоцци?
Пришла.
Я пыталась понять, сложить в голове все это — невышедшие газеты, потерянный приказ, и Итан в Альденаере, поддельное письмо… помолвка принцессы…
Я ведь слышала какие-то намеки, что Леффо тоже добивался ее руки. Алесса отказала ему, выбрав Итана? И теперь… отомстить? Показать, насколько она была неправа?
— Что было в «Утреннем Альденаере», Ваша Светлость? — спросила я.
"Я понимала, что надавить на герцога мне не удастся никак, и напугать его нечем. Он только разозлится, и будет хуже. Ему под силу отправить на рудники и меня тоже, сгноить в тюрьме. Не важно за что, повод всегда найдется.
Предательски подгибались ноги.
Но я должна знать.
Надо отдать должное — герцог умел держать себя в руках, но на какое-то мгновение раздражение и злость промелькнули все равно.
— Простите, ти Сатоцци, но, боюсь, вас это не касается.
Боюсь, что касается. И это наверняка связанно с тем, из-за чего Итан разбил ему нос… о, боги…
Что-то больно дернуло внизу живота, и снова.
— Вам нехорошо, ти Сатоцци?
Надо успокоиться.
А если я возьму и начну рожать прямо здесь? Что делать? Спокойно… Я сама, по словам отца, родилась на месяц раньше времени, и все хорошо…. Все будет хорошо… И, наверно, хорошо, что не в поезде, здесь, по крайней мере, можно найти врача… Как по-идиотски все… Мне хотелось смеяться и плакать одновременно.
Нужно успокоиться.
— Где Итан? — спросила я.
— Он здесь, — сказал Леффо. — Сейчас решается вопрос о его дальнейшей судьбе.
Ты же сказал, что его на каторгу?
— Я могу его видеть?
— У него сейчас Ее Высочество Алесса. Возможно, вам придется подождать, — Леффо чуть ухмыльнулся, невероятно мерзко. — Идемте со мной.
Дальше по коридору, еще немного…
Там, в конце, еще одна дверь, одна из многих. У двери гвардейцы.
И Леффо просто берет и открывает без церемоний.
И пропускает меня вперед.
Я вижу его сразу. Итан стоит у окна.
Принцесса… она рыдает у него на груди. Невысокая, худенькая, и совсем девчонка сейчас, рядом с ним — в простом платье, без светского блеска… дрожащие губы и красные от слез глаза. Она резко оборачивается к нам, видит меня, и шаг в сторону. Мгновенно меняется ее лицо. Собравшись… И даже слез словно нет вовсе. Уже не заплаканная девочка, а холодная и гордая принцесса.
Я поняла, что не могу дышать.
